– Серебристый лак. Нравится?
– Нет, – сказала Антония. – Кеннет, раз ты наследник, то должен будешь выдать мне пособие, я хочу новую машину.
– Ладно, – согласился Кеннет, – получишь все, что пожелаешь.
– Непременно придется платить налог на наследство, – заметила Виолетта. – Приходится выкладывать огромные суммы. Однако же есть еще и дом. Он будет твоим, правда, Кеннет?
– Ты о лачуге на Итон-плейс? – спросил он. – Неужели ты думаешь, я стану жить в таком сарае?
– Почему бы нет? – Виолетта подалась вперед, пристально глядя на Кеннета.
– Это очень хороший адрес.
– Кому нужен очень хороший адрес? Если бы ты хоть раз побывала внутри, то поняла бы, что я не стану там жить. В доме турецкие ковры, много ампирной мебели, обтянутые розовым шелком панели в гостиной, хрустальная люстра и мраморные столы с позолоченными ножками.
– Мы всегда можем избавиться от того, что нам не по вкусу, но, должна сказать, я люблю хорошие вещи.
– Ковровые дорожки на лестнице и позолоченные зеркала? – удивленно спросил Кеннет.
– Почему бы нет?
– Дорогая, у тебя просто ужасный вкус.
– Не понимаю, зачем грубить, если мне нравится то, что не нравится тебе. На мой взгляд, турецкие ковры теплые – и говорят о богатстве.
Антония, отмерявшая ингредиенты для коктейлей, поставила бутылку с джином и обратила на Виолетту ясный взгляд.
– Тебе безразлично, красива вещь или нет, лишь бы от нее несло деньгами.
Виолетта поднялась, быстро, но грациозно.
– Ну и что, если я люблю роскошь? – В ее негромком голосе зазвучали резкие нотки.
– Если бы ты родилась со вкусом к хорошим вещам и имела бы лишь те деньги, что зарабатываешь тяжким трудом, то испытывала бы те же чувства! – Длинной, умелой рукой она с презрением провела по своему платью. – Я даже одежду себе шью сама! А хочу… хочу носить парижские модели, хорошие меха, хочу каждую неделю делать прическу у Юджина и… да, хочу иметь все те замечательные вещи, ради которых стоит жить!
– Не надо из-за этого так шуметь, – посоветовала совершенно нерастроганная Антония.
– У тебя все это будет, если Кеннет получит наследство.
– Конечно, получу, – раздраженно сказал Кеннет. – Тони, готовь побыстрее выпивку!
Она внезапно снова отставила бутылку джина в сторону.
– Не могу. Давай сам. Я вдруг вспомнила, что должна была встретиться с Рудольфом за ленчем. Надо позвонить ему.
Она сняла телефонную трубку и стала набирать номер.
– Не знаешь, он мне звонил?
– Не знаю. Вряд ли.
