Убить босса!

МакКинли, не понимая, зачем это нужно, подумал и ответил:

– Ну, Анри Паоло Мартиньян, скажем…

– А в русской транслитерации? – продолжал надоедливый Чески, источая из своего рта леденцовый аромат.

– Черт меня возьми, с этими русскими… Я не слишком силен в их именах. Однако, если это необходимо… Предполагаю, что Антон Павлович Мартынов.

– Или – Андрей Павлович?

– Пожалуй, – согласился МакКуин. – А зачем это вам?

Чески на этот раз оказался невежлив. Он прижался виском к дверному косяку, закрыл глаза и засопел.

Он очень хотел спать.

Из головы не выходили слова представителя адвокатской конторы SMITH&SONS:

– …Он влетел в окно и встал на стол перед главой компании. У него на руках была девочка в розовых трусиках, она обнимала его и возлагала свою голову на его плечо. Это было ужасно. Это было красиво. Он прошел по столу, выругался по-русски, спрыгнул и вышел с нею так, словно занимается этим ежедневно, и это ему порядком прискучило. Однако я уверяю вас, мистер Чески, что, несмотря на то, что эта «Хэммет Старс» висит над нами, как проклятие, и ожидать можно всего, ни я, ни мои коллеги подобного не видели здесь ни разу.

Да, мистер Чески… Если кому-то из участников происшествия понадобится наша помощь… – и уполномоченный адвокат вложил в руку Чески тяжелую стопку визитных карточек. – Интересы этого парня и его девушки, если возникнет такая необходимость, возьмется защищать сам президент «Смит и сыновья». Так было заявлено им на Совете.

Визитки Генри выбросил в урну, но одну оставил, уложив её в портмоне между фотографией своих стариков и кредиткой Bank of New York.

«СТРЕЛКА МАНХЭТТЕНСКОГО ОСТРОВА»

Сандре было неуютно, зябко, она не привыкла ночевать в машинах, тем более, с малознакомыми мужчинами. Два или три раза, когда отец был ещё жив и они жили на севере, он брал её с собой на озеро Эри удить белого окуня. Сама рыбалка, как и прочие занятия, целью которых ставится уничтожение чужих жизней, удовольствия Сандре не доставляла, но ей был приятен запах костра, она любила бродить, пока отец размахивал спиннингом, меж вековых елей.

Самыми приятными были те минуты, когда он по привычке заканчивал рыбалку словами: «Спасибо Господу за славную охоту», сматывал снасти и принимался за обустройство места перед палаткой для ночлега и ужина. Он посылал её за хворостом и еловыми лапами, и Сандра, предчувствуя приятные мгновения, приносила из леса все, что требовалось, и усаживалась перед костром, поджав ноги.