Убить волка (СИ)

Гэ Пансяо недоуменно посмотрел на мастера и сказал Гу Юню:

— Аньдинхоу, господин, похоже, мастеру срочно нужно доложить о военной ситуации.

Гу Юнь чуть повернул голову в сторону мальчика и ответил:

— Ничего страшного. Этот идиот просто не может выбраться из брони. Помоги ему снять ее.

Гэ Пансяо проглотил язык.

Запертый в тяжелой броне буддийский монах посмотрел на мальчика совершенно невинным взглядом. Гэ Пансяо глубоко вздохнул:

— Мастер, вы, получается, не разбираетесь во всех видах железной брони, да?.

Монах не мог говорить, он мог только использовать язык жестов. Но еще он мог использовать свои необычайно живые глаза для того, чтобы передать свои мысли: "Знание не равнозначно мастерству. Монах не создан для походов на поле боя".

Гэ Пансяо, вместе с Чан Гэном, помогли мастеру снять тяжелую броню. Выкатившись из груды железа, монах даже не подумал о том, чтобы оправить свою одежду и хоть немного привести себя в порядок. Он сразу же подошел к Гу Юню с совершенно серьезным выражением лица.

Чан Гэн удивленно смотрел на этих двоих. Он что-то почувствовал в этом предложении монаха. Посмотрев на Гу Юня, юноша отметил, что маршал оставался таким же непоколебимо спокойным.

Впрочем, Гу Юнь не настаивал на том, чтобы остаться тут. Он согласился с монахом, смотря на дунъинский клинок, который все это время сжимал в руке. Чан Гэн поспешил к Гу Юню.

В этот момент, худощавый дунъинец, похожий на змею, воспользовался тенями и темнотой, чтобы подобраться поближе к каюте. В зафиксированном на его запястье железном браслете блеснул в отблесках тусклого света наконечник Сючжун Сы.

Человек-змея коварно улыбнулся, и в ту же секунду, когда Гу Юнь уже собирался перешагнуть порог каюты, пара железных браслетов на его руках одновременно активировались, и в сторону Гу Юня полетело шесть стрел Сючжун Сы.

Черный Орел взревел и молниеносно рванул вниз.

Заметив это, Чан Гэн спешно, подчинившись инстинкту, рванул вперед, чтобы защитить своего ифу. Сильные волны, покачивающие судно, стали спасением Гу Юня от летящих в него лезвий.

Маршал схватил Чан Гэна за руку и бросил дунъинский клинок вперед. Три лезвия Сючжун Сы как по маслу разрезали железный клинок на три части. Гу Юнь резко вскинул руку; широкий рукав взметнулся в воздух. Маршал, прижимая к себе Чан Гэна, направился в сторону каюты.