Убить волка (СИ)

Чан Гэн расслышал, как тот отдал приказ солдатам, несущим караул возле палатки маршала: "Будьте предельно внимательны! Никому не позволяйте входить и беспокоить его!"

Чан Гэн нерешительно двинулся вперед, однако после двух робких шагов он не только не остановился, а, напротив, продолжил двигаться в сторону полога, будто некая загадочная сила, сокрытая от взоров, подталкивала его.

Спустя несколько дней совместного путешествия, личная охрана Гу Юня, без сомнения, узнала мальчика. В то же время, согласно приказу Шэнь И, у них не оставалось иного выбора, как сделать шаг вперед и остановить Чан Гэна.

— Ваше Императорское Высочество, маршал сейчас весьма нехорошо себя чувствует. Он уже принял лекарство и лег спать. Если у вас есть какое-то поручение – ваши подчиненные готовы немедленно его исполнить.

Чтобы даже мельком увидеть лицо человека, с которым прежде Чан Гэн жил по соседству и в спальню которого он мог без стука зайти, теперь приходилось беспокоить других. Чан Гэн опустил голову, а в его голосе проскользнули нотки горького одиночества:

Стражник тут же опустился на колено:

— Нет, нет, я не это имел в виду! – Чан Гэн замахал руками и беспомощно улыбнулся.

Больше он ничего не смог придумать. Чан Гэн решил, что, если ему снова ответят отказом, он больше не станет унижаться.

Как вдруг неожиданно подошел другой стражник и шепнул первому на ухо: "Разве маршал не говорил, что нет особой необходимости сообщать ему о визите Его Высочества, если он решит заглянуть в гости? Не стоит быть таким упрямым".

Благодаря острому слуху, Чан Гэн легко разобрал слова. Изумленный, он поднял голову. Далеко не сразу ему удалось справиться с эмоциями, терзавшими сердце. Ведь ему только что разрешили войти.

В воздухе стойко держался запах лекарств. Шторы были распахнуты.

Подойдя чуть ближе, Чан Гэн обнаружил, что Гу Юнь еще не спал. Его пальцы были плотно прижаты к вискам, вероятно, из-за головной боли. Его брови казались напряженными, а взгляд – тяжелым и сердитым. Похоже, он даже не заметил, что кто-то вошел.

Стоя в нескольких шагах от Гу Юня, Чан Гэн сглотнул комок в пересохшем горле, затем осторожно обратился: "Мар..."

Только он издал звук.