Убиться веником

«Знаешь, милая, я закрыл чат». — На экране высветилась его первая реплика, сказанная ей и никому больше.

«Я тоже», — улыбнулась она.

Они болтали обо всем, что приходило в голову, о привычках и пристрастиях, о банальностях и смысле жизни. Обращение «милая» как-то само заменилось на «дорогая», и весь безграничный Интернет был нужен лишь только для того, чтобы пообщаться…

Ей не хотелось пить кофий, хотя зазывали коллеги, гулять по Москве, которую она успела полюбить, тоже не хотелось. Она почти ночевала на работе, уходя с таким расчетом, чтобы до дому можно было добраться на последнем поезде метро.

Справедливости ради необходимо добавить, что ее питерский знакомый вел точно такую жизнь, пытаясь охватить необъятное: работать, готовиться к защите диплома и успевать поговорить со своей ненаглядной.

«Да-да, я и есть ненаглядная, — в очередной раз подколола его Тина. — Еще раз произнеси это вслух, ненаглядная в прямом смысле слова… Ты меня ни разика не видел», — так она подтрунивала над Денисом.

«Как странно… — размышляла она однажды ночью.

Ей не спалось, пришлось подняться и заварить свежего чая с мелиссой. Она стояла на балконе, обхватив теплую кружку обеими руками, и всматривалась в темноту. — Как странно, первый раз в жизни я встретила человека, настолько остро меня чувствующего и способного понять меня с полуслова, да что там, с полувздоха… Господи, что же происходит? Я больше не хочу никого любить, не хочу, не могу…» Ей неожиданно припомнилось, как в последнем разговоре с Динькой они добрались до обсуждения темы макияжа и нарядов. Она пыталась понять, какие девушки нравятся ему больше, а он говорил, что хорошо все то, что делается со вкусом.

«Вэл, а как у тебя со вкусом, мне кажется, полный порядок?»

«Динь, не волнуйся, у меня все хорошо со вкусом, я же тебя выбрала».

Они не стали уточнять, куда и для чего… просто одновременно разулыбались — так вечером на темных улицах разом зажигают все фонари.

В конце концов, к пяти утра, ей удалось заставить себя поспать, прижимая к себе белого плюшевого медведя.

Она, разумеется, почти проспала на работу, троллейбус, естественно, весело повилял голубеньким задом перед ее носом, а пассажиры, окружающие ее в метро, казалось, собрались тут исключительно для того, чтобы пошпынять полусонную девушку локтями.

«Ну-с! Утро добрым не бывает!» — пробормотала Тина, добравшись до офиса, и включила компьютер.

«Еще что-нибудь? Дабы мерзкое утро стало отвратительным? Я уже ничему не удивлюсь».