Ах да, ты же не знаешь…
— Не знаю чего? — тут же насторожилась я.
— В прошлом было несколько байлангов с таким именем. И все довольно выдающиеся. Так что имя с претензией на величие.
Я посмотрела на собаку. Она смотрела на меня и даже рычать перестала.
— Будешь Стужей?
Она скупо качнула хвостом в ответ. Я посчитала это согласием. И тут заметила, что куратор внимательно смотрит на мою руку.
— Что такое? — спросила я, начиная разглядывать ладонь.
— Кольцо, — нахмурился Вестейн. — Откуда оно у тебя?
Подарок Бакке уже стал привычным.
Поэтому я не сразу сообразила, что речь идет именно о нем. А когда поняла, то заколебалась. Можно ли рассказывать о том, кто мне подарил его? Но все же решилась и медленно произнесла:
— Бакке подарил. Сказал, что это память о человеке, который уже умер, а я на нее похожа. Только это тайна, наверное.
Вестейн задумчиво кивнул и продолжил внимательно смотреть на меня. Но его взгляд был странным, и я спросила:"
"— Почему ты так на меня смотришь?
От волнения, я снова перешла на “ты”, но его это совершенно не смутило.
Вместо ответа куратор попросил:
— Прикажи ей сесть и выпрямиться.
Я повернулась к байлангу и замешкалась. Но Стужа, рыкнув на Вестейна для проформы, поднялась на худых лапах и гордо вскинула голову.
— Прислонись к ней, — сказал куратор, и я послушно выполнила его очередную просьбу.
Он продолжал внимательно смотреть на нас, и я не выдержала:
— Да что происходит?!
— Прости, — тут же откликнулся он. — Пытаюсь вспомнить, где уже видел это кольцо.
Я шагнула в сторону от байланга и вопросительно посмотрела на куратора. И он продолжил:
— Теперь я уверен. На портрете.
— Вы так хотели узнать, кто подарил кольцо Бакке? — удивилась я.
Этот вопрос почему-то удивил Вестейна. Несколько мгновений он смотрел на меня, часто моргая, а затем недоверчиво спросил:
— А ты сама разве здесь не для этого?
— Для чего — для этого? — не поняла я.
Куратор сделал шаг вперед, но притихшая было Стужа снова зарычала. Поэтому Вестейн послушно отступил к двери и понизил голос:
— Ты же прибыла сюда не только из-за отчисления, верно? У тебя есть цель.
Твой рассказ о Гольдбергах заставил меня сомневаться, но теперь… Ты и вправду хочешь сказать, что прибыла в Академию Севера не специально?
Теперь уже я смотрела на куратора, хлопая глазами, пытаясь сообразить, куда он клонит.
Я скрестила руки на груди и возмущенно произнесла:
— Специально для чего? Меня сюда отец отправил! Я думала, что поеду в Академию Драконов Востока.
