Вера улыбалась, а женщина упала на колени, продолжая держаться за горло.
– Хватит! Отпусти её! – девочка кинулась к ведьме и начала трясти её за руку. – Умоляю, не надо!
Вера надменно посмотрела на Катрин и замолчала. Женщина лежала на полу, завалившись на бок. Из груди вырвался хрип. Она высунула язык, точно собака, и тяжело дышала, явно испытывая при этом боль. Глаза были выпучены, как у плюшевой игрушки, она со страхом смотрела на незваных гостей.
– Идём, Катрин, – скомандовала Вера, и, улыбнувшись ещё шире, открыла дверь.
Ведьмочка на цыпочках проследовала за ней. Перед выходом она еще раз взглянула в глаза женщины и увидела в них слёзы. В этих голубых озерцах глаз на большой глубине притаилась печаль. Печаль не была связана с тем, что Вера её чуть не убила. Нет. Это была та печаль, которую испытывает осиротевший малыш; печаль человека, что лежит в больничной палате, ожидая конца; печаль расставания с любимыми друзьями; печаль о потерянном ребёнке. В последнем, по мнению хозяйки квартиры, как раз и была замешана Вера.
Но это полная чушь. Вера не стала бы похищать детей, зачем ей это? Женщина просто перенервничала, когда увидела посторонних в своей прихожей. Нет здесь никакой связи. Тем не менее маленькую ведьму смутило, что сейчас женщина не сводила с неё глаз. Она была готова поклясться, что слёзы в данный момент адресованы именно ей – Катрин.
Произошедшее не укладывалось в голове. Девочка хотела бы узнать, кто эта женщина, но для начала ей требовался полноценный отдых.
Она вышла в коридор и закрыла за собой дверь. Оказывается, нужная им дверь была напротив, а эта женщина была соседкой. Что-то ёкнуло у Катрин в сердце. Вера повернула ключ в замке и взглядом приказала поторопиться. Катрин пересекала площадку, словно в тумане. У самого входа она обернулась – неведомая сила тянула её назад, словно её место было там, в соседской квартире. Пересилив себя, она отвернулась и сделала шаг вперед. Сзади щелкнул замок. Катрин протяжно выдохнула."
"Вера поспешила в комнату и предложила Катрин проследовать за ней.
Ведьмочка была вне себя от счастья. Наконец всё позади, а впереди долгожданный покой. Она готова была прямо в одежде, не принимая душ и не поев, плюхнуться на мягкую кровать и проспать целую неделю. Никто и ничто больше не тронет её. Теперь она дома. Рядом со своей… мамой? Медленно, боясь спугнуть этот чудесный миг, Катрин шла по коридору, наслаждаясь тишиной. Всё здесь было, как и раньше, как она помнила.
