Обещаю, что через пару дней я забуду о твоих мозговых помутнениях.
– Я. Ничего. Тебе. Не отдам.
– Что ж, тогда я сама его заберу, – Вера выставила руку вперёд, раскрыв пальцы.
Дневник вырвался, точно его дёрнули за невидимую верёвку, и полетел в руку ведьмы, но внезапно остановился на полпути.
– Ты что, сопротивляешься мне? – усмехнулась ведьма.
Катрин дёрнула дневник на себя, и тот полетел в обратную сторону. От этого рывка Вера резко подалась вперёд, словно рыбак, удочку которого вдруг потянула тяжёлая рыба.
Дневник вернулся в руку Катрин.
– Я не собираюсь с тобой воевать! Просто хочу расторгнуть контракт, а потом я уйду! Тебе же была нужна эта чёртова книга. Ради неё это всё и затевалось, так?! – Катрин кричала, словно могла достучаться до совести Веры.
– Так-то оно так, но есть ещё один договор, – голос Веры обрёл звонкость. – А я, в отличие от тебя, привыкла выполнять обещания!
Вера улыбалась, глядя куда-то мимо Катрин.
– Какой еще договор? – девочка ничего не понимала.
«Договор со мной», – прозвучал голос в голове Катрин.
Ведьмочка взвизгнула от неожиданности, когда из её руки снова был вырван дневник, а в воздухе нарисовалось знакомое мужское лицо.
«Ант?» – сюрприз был посильнее снега в июле. Мужчина кивнул и, подойдя к Вере, передал ей дневник.
«Что здесь происходит?»
«А на что это похоже?» – улыбнулся тот, чью жизнь Катрин спасла дважды.
«Вы что, знакомы?»
«Нет, родная моя, мы не знакомы, точнее, не были знакомы до сегодняшнего дня, но теперь неплохо ладим – даже лучше, чем с тобой».
Вера подошла к камину и кинула дневник в огонь.
– Нет! – закричала Катрин и бросилась вперёд, но тут же встретила мощный отпор.
Вера оттолкнула её волной энергии, а Ант затараторил так быстро, словно являлся чемпионом мира по произнесению заклинаний. Катрин потеряла возможность управлять ногами – они не слушались, стояли на месте, будто девочка по колено находилась в цементе, который мгновенно застывал. То же самое случилось и с остальными частями тела, кроме головы.
Она хотела произнести заклинание, но Ант хищно оскалил зубы и жестом намекнул, что не стоит этого делать. Катрин замолчала. Она не могла двигаться, не могла сопротивляться – она могла лишь наблюдать, как пламя жадно поедает её материализованную память, её историю, её спасение.
«Зачем вы это делаете?»
«Затем, что мы с тобой сможем быть вместе», – прозвучал инородный голос в голове девочки.
