Сосредоточенный взгляд, хмурая морщинка на лбу между широкими черными бровями, привычная щетина на скулах и подбородке, и эти губы… нижняя чувственная, резко очерченная, выпуклая… Я ее только что касалась своими губами! Не могу оторваться — смотрю на его рот, как завороженная, подрагивая от становящихся все более смелыми прикосновений.
18 глава.
Антон
Хочу эту девочку. Это не бешеная безумная страсть, которую испытал во время первого прикосновения к ней там, в прихожей, внизу, и которую с огромным трудом сумел сдержать, перебороть.
Это желание-боль, ноющее не только в теле, а где-то под сердцем, в груди. Хочу ее трахать, вбиваться каменным членом в тугую влажную плоть. Хочу взять ее сейчас — такую трепетную, подрагивающую от прикосновения моего пальца к твердому камешку соска… Разорвать зубами тонкую ткань футболки и впиться, как животное, в мягкую розовую плоть, кусать, всасывать глубоко в рот сосок, всю грудку упругую, нежную… Хочу забыться с нею… Могу с нею забыться.
"
"Но проглатываю стон вместе со своей похотью. Интуиция буквально вопит о том, что опыта у девчонки мало, что грубость и дикая, несдержанная страсть могут испугать ее! Замечаю взгляд, остановившийся на моих губах, не могу сдержать улыбку — целоваться хочет девочка! Оставляю в покое грудь. Медленно, глядя в глаза, наматываю ее косу, как мечтал уже давно, на кулак, чуть тяну, заставляя приподнять голову. Намекаю, что нежным и скромным любовником не умею быть и не буду. Даю шанс понять это и сбежать — предупредил ведь, что не стану принуждать, но если согласится, жалеть не буду! Но она то ли не понимает намека, то ли не хочет убегать.
Она тянется к моим губам! Как мотылек на огонь, ей-Богу!
Языком обвожу контур губ, языком скольжу в приоткрывшийся ротик, языком потираюсь о ее зубки, трогаю шелковистую влажность. Целоваться с нею — это не прелюдия, нет! Целоваться с нею — это чистый кайф. Толкается в ответ своим язычком. Пытается повторить за мною.
Впускаю, позволяю ей. Юркий язычок облизывает мою нижнюю губу, самым кончиком касается верхней. Открываю глаза. Смотрит! Наблюдает за мною. И тут же зажмуривается, встречаясь со мной взглядом.
Смешная девочка. Ни на кого не похожая. Чистая девочка. Но главное о ней я не понимаю ни в этот момент, ни тогда, когда оставляю в покое её рот и спускаюсь, покрывая легкими поцелуями нежную белую шейку, плечико, оголившееся в широкой горловине футболки.
