Укрощение дракона

 — И рухнул наземь.

Я засуетилась. Вокруг ничего, похожего на посуду, не было. Поэтому я достала из сумки свой стыдобище-стаканчик. Барсенот тотчас выпрыгнул наружу. Но не убежал, а, став на задние лапки, всплеснул передними и застыл, попискивая и таращась на незнакомую местность. А я, утопая в густой траве, бросилась к озеру. Наклонилась над водой и зачерпнула до верха. Потрясающе! Даже в таре из пластиковых карточек и скрепок она оставалась такой же радужно-сияющей! Но рассмотрю потом. Я бегом вернулась к Иррандо.

Он приподнял голову и открыл пасть. Я влила туда все, что было, и снова кинулась к озеру. Окуная стаканчик, пробурчала:

— Блин же, пароход, был бы этот стакан повместительнее!

И в ту же секунду пластик сам собой растянулся и вырос. Из моих рук выпал стаканище, теперь больше похожий на ведро. Я ойкнула и тут же принялась вылавливать его в сверкающих волнах. Пробормотала:

— Спасибо… А если б еще и вода в щели не проливалась, а? Пожалуйста… Плиз…

Вдруг прокатит? О-о-о! Пластиковые карточки моментально склеились одна с другой, врастая друг в дружку так, что Сбербанк, «Зара», «Инсити», «Спорт-мастер» и еще пара магазинов превратились в одну большую дружную семью.

Ва-а-у!

— Спасибо! Супер вообще!!! — воскликнула я неизвестно кому. И, наполнив ведрище, потянула его к Иррандо.

Веки дракона медленно открывались и закрывались, словно он вот-вот заснет.

— Подожди, не спи, попей еще! Обезвоживание даже драконам вредно! Глянь тут сколько! — взволнованно сказала я. — Пить не перепить! Давай-ка!

Иррандо послушно раскрыл пасть и выглушил все, что было.

Я снова вернулась к берегу, готовая вычерпать водоем хоть до дна, чтобы напоить Иррандо. Но, когда я наклонилась к воде, до моих ушей долетел сладкий драконий храп. Я обернулась: Иррандо спал как убитый, подложив лапу под голову. И хррррапел!

Ого! Надеюсь, у них тут продают бронебойные беруши? Не то чтобы я собиралась… Хотя… А вдруг… Вот если бы я умела летать! А то что это за мама драконятам, если они фьють и в воздух, а я буду прыгать и ловить их за хвосты? Нет, ну это же смешно… Драконята… Иррандовичи… Исаевы-Лонтриэр… Хм… Да я их не узнаю, если они туда-сюда будут превращаться, как он… Блин, о чем я думаю?! Я окончательно сошла с ума! Я же… А он же…

Я еще раз взглянула на моего дракона.

По сердцу разлилась нежность: милый, так устал. Кажется, сердце думать не умеет, настроек таких в нем не прописано? «Я люблю», — говорило оно, заглушая все доводы разума.