Укрощение невесты

А теперь я могу сам устанавливать правила, кто где будет спать. И первое мое правило таково: ты всегда будешь спать со мной. Понятно?

— Да, — кротко сказала она.

Мерри прислушивалась к его дыханию и ждала, когда он скажет, что не подозревает ее. Господи, пусть он скажет хоть что-нибудь, чтобы избавить ее от тревожных мыслей, которые ворочались в ее голове, словно гигантские валуны. Но только он определенно не собирался ничего говорить. Через несколько минут его дыхание стало глубоким и ровным. Алекс уснул. А Мерри не могла не думать о том, что все это значит.

Он вернул ее в свою постель, но не овладел ею. Хорошо это или нет? Размышляя об этом, она не заметила, как провалилась в глубокий сон.

Алекса разбудил запах гари и громкий треск горящего дерева. Кто-то отчаянно кашлял и куда-то его тянул. Еще не проснувшись, Алекс вскочил и тут же сам закашлялся. Только тогда он проснулся полностью и понял, что его пытаются то ли вытащить, то ли вывести из палатки, которая объята яркими языками пламени.

Сначала он подумал, что его тащит Мерри.

В его голове мелькнула мысль, что жена уже в третий раз спасает его. Но потом он понял, что его поддерживает кто-то намного более крупный, чем его миниатюрная жена. Они вывалились из горящей палатки на прохладный ночной воздух.

Алекс глотнул чистого воздуха и зашелся от очередного приступа кашля. В это время его окружили люди, их было много, и все старались отвести его подальше от огня. Потом его усадили на большой камень, чтобы он смог перевести дыхание.

— Слава Богу, — заметил Герхард в перерыве между приступами кашля и опустился на землю рядом с Алексом.

 — А я уже думал, что все кончено.

Алекс еще раз кашлянул и понял, что теперь может свободно дышать. Потом он окинул взглядом грязного, закопченного Герхарда и перевел взгляд на палатку. Интересно, где его жена? Она такая маленькая, что дым может повредить ей гораздо больше, чем ему. Не увидев ее нигде поблизости, он спросил:

— А куда унесли Мерри?

— Что? — недоуменно спросил Герхард. — Она же спит в повозке с Уной.

Годфри сказал, что она будет спать там, и я сам видел, как она вечером направилась туда с вещами.

Чувствуя, как кровь отхлынула от его лица, Алекс вскочил.

— Нет, — воскликнул он, — я нашел ее там еще вечером и отнес в палатку. Конечно, кто-то из вас нашел ее и вынес из огня, но куда?

Теперь Герхард тоже выглядел обеспокоенным, но уверенно покачал головой:

— Я никого не видел. Вы были в одиночестве. Выругавшись, Алекс понесся к палатке.