Укротить дьявола

Пробует соединить наши тела, но, войдя на пару сантиметров, я едва сознание не теряю от наслаждения – она вздрагивает и отстраняется.

– Эй, все нормально? – подбадриваю я, хотя сам с минуты на минуту взорвусь. – Делай только то, что тебе нравится, ладно?

Она задумчиво разглядывает мое лицо, и я целую ее, чтобы не забивала голову лишними мыслями.

Но Ева вдруг заявляет:

– Хочу кое-что сделать с тобой.

– Мм?

Я, кажется, забыл весь алфавит, кроме одной буквы. Надо пропить витаминки.

Ева сползает на ковер.

Я наблюдаю, как она обхватывает рукой тот самый пугающий ее ствол и касается его губами. Тогда я резко вспоминаю еще несколько букв алфавита – и издаю громкий стон.

Девушка воспринимает это как сигнал к действиям и углубляет свою пытку, добавляя язык.

Меня окончательно уносит куда-то в бездну беспамятства.

– Ева… – хриплю я.

– Расслабься, – пародирует она мои же слова. – Ты меня боишься.

Я улыбаюсь, как придурок. И она продолжает сводить меня с ума.

Плотно сжимает пухлые губы на мне, неустанно двигаясь, затем останавливается и спрашивает:

– Тебе нравится? Я никогда этого не делала. Так лучше? А так?"

"Сначала я мычу что-то нечленораздельное в ответ, потому что мне в принципе плевать, как она будет ласкать меня своим горячим ртом, вот честно, мне самого факта уже выше некуда. Потом я даже что-то прошу у нее. Кажется, помедленнее. Слегка толкаюсь. И она подстраивается под мой темп.

Ее образ, ее движения… все отражается в зеркалах, и я осознаю, что полюбил эту комнату еще больше…

– Я умер, да? – хриплю я, чувствуя, как Ева двигает рукой и головой одновременно.

 – Какая это станция рая? Я хочу здесь остаться…

– Скажи, как ты любишь, – просит она, забираясь ко мне на колени и продолжая доставлять мне удовольствие своими потрясающими, нежными пальцами. – Я хочу научиться.

– Понял, – едва соображая, бормочу я между стонами, – ты та самая Ева. Из рая. Моя личная искусительница из Эдема.

Я впиваюсь с поцелуем в ее шею, оставляю болезненные следы. Контроль потерян. Ни хрена не соображаю.

– Виктор! – восклицает она, когда я чересчур увлекаюсь. И посмеивается: – Остынь, детка.

Она вновь опускается на колени между моих ног, проводит языком у основания члена и скользит ниже, уделяя внимание другой части моего достоинства.

Мой громкий стон ясно дает понять, что я улетаю куда-то за пределы Млечного Пути.