Укротитель Медузы горгоны

У девятнадцатилетнего парня нет никакого опыта работы с прожекторами, актеры злятся и жалуются на него главному режиссеру. Но тот непоколебим, как пограничный столб, спокойно возражает недовольным:

– Ладно, я готов выгнать неумеху. Но кто пойдет на его место? Найдешь человека, которого устроит оклад в шесть тысяч рублей, моментально сделаю рокировку. Леонид согласился работать, потому что я ему небольшую роль в новой постановке обещал.

При содействии Льва Яковлевича надеется начать карьеру актера и Юрий, рабочий сцены.

В отличие от Лени, он уже получил образование – у него за плечами какой-то техникум, он работал водителем, а потом вдруг его потянуло на сцену. Юра у нас мастер на все руки и ноги. А еще парень служит у Обоймова кем-то вроде домработницы (или надо сказать «домработника»?). По возрасту он недалеко ушел от Леонида, ему в начале июня исполнилось двадцать.

– Здравствуйте! – громко сказала я.

– Степа! – радостно воскликнула Софья Борисовна. – Деточка, иди скорей в гримерку к Розалии, она тебя ждет и нервничает.

– Можешь не спешить, – хмыкнула Мускатова, – Глаголева всегда на взводе. А кого это ты привела?

– Познакомьтесь, пожалуйста, Михаил – мой жених. Он ведущий стилист фирмы «Бак» и поможет мне в отсутствие господина Арни, – представила я Невзорова. – Ведь Франсуа все еще лежит с высокой температурой.

Бармен Витя поправил тщательно завитые кудряшки и нежно прокурлыкал:

– Мишель, не желаете кофе? Могу сам для вас сварить нечто па-а-атрясающее!

Я покосилась на «любимого».

Витенька носит в ушах бриллиантовые гвоздики, обожает обтягивающие майки, звенит браслетами и сверкает подведенными глазами. Для представителя фэшн-бизнеса это не в диковинку, а актеры, как правило, толерантны к геям. Надеюсь, Невзоров правильно отреагирует на слова красавчика.

Мой спутник широко улыбнулся:

– Кофе по спецрецепту? Там будет корица?

– Да-а-арагой, сколько хочешь! – обрадовался Витя. – И булочку, а?

Невзоров поднял два пальца.

– Лучше две. Хотя нет, я и так потолстел. Давай только кофеек. Но без сахара, а то мускул моего живота перестал впячиваться.

Витя захихикал и исчез на кухне.

– Вы слишком строги к себе, Миша, – кокетливо произнесла Мускатова. – Ваша фигура само совершенство. Можно взглянуть на браслетики? Вон на те, синенькие.

Мой «жених» быстро обошел стол, сел около актрисы, снял один браслет и громко заявил:

– «Роджер и Мэри».