Ультиматум крупного калибра

Еремин и Терко не слышали, конечно, самого разговора, но поведение телохранителя от них не ускользнуло, его выражение лица они также рассмотрели. Судя по выражению лица, телохранитель прекрасно понял, что сказала ему женщина! И потому вряд ли это мог быть немец. Это было бы редким, даже почти невероятным совпадением, если бы немец-телохранитель знал английский язык! А значит, это был не немец.

Американец! Расчеты Терко и Еремина оказались верными. В какой-то момент и каким-то образом американские спецназовцы встали на место немецких телохранителей Вальтера Ульбрихта.

Возможно, они заменили собой не всех настоящих телохранителей, а лишь нескольких человек, а остальные – были немцами, вступившими с американскими телохранителями в сговор.

Впрочем, это не имело большого значения. Как бы то ни было, американские спецназовцы затесались в личную охрану Вальтера Ульбрихта. А это совсем худо. В любой момент следовало ожидать от них решительных действий. Вот выберут они подходящий момент, и тогда…

В принципе, все было ясно и с подходящим моментом.

Как только Ульбрихт закончит выступление, он немедленно отправится к Берлинской стене, движимый желанием вступить в прямые переговоры с американскими солдатами, ожидающими приказа начать штурм стены. И вот тут-то, по пути, все и должно произойти. Или похищение, или убийство. Как ни крути, а возможность для американцев была самая подходящая, и другой такой же могло и не быть.

Отсюда следовал вывод – так же единственно возможный в сложившейся ситуации. Еремину и Терко вместе с помощниками нужно немедленно действовать.

Как именно? Единственно возможным способом – обезвредить личную охрану Вальтера Ульбрихта. Соотношение сил было в пользу советских спецназовцев и их восточногерманских коллег. Всего телохранителей у Ульбрихта было шестеро – больше ни Терко, ни Еремин, как ни старались, не обнаружили: ни рядом с Ульбрихтом, ни в толпе. А если так, то это просто замечательно! Значит, телохранителей шестеро, по одному на брата. Плюс – Клаус и Моника. Монику, впрочем, здесь можно не считать. Но все равно – семеро против шестерых. Прекрасная арифметика! К тому же на стороне Еремина, Терко и их товарищей такая распрекрасная штука, как внезапность. Она, родимая, – едва ли не самая верная подруга спецназовца. Она никогда не предаст, всегда выручит и поможет. Итак, действуем! Немедленно!

Еремин огляделся по сторонам. И Клаус с Моникой, и Уве, и трое молчаливых парней – все они сейчас смотрели на Еремина и Терко, ожидая команды.