Ультиматум крупного калибра

Тот вначале смотрел на нее с удивлением, затем – с недоумением, после этого попытался что-то возразить… На помощь Монике пришел Клаус. Похоже, вдвоем они убедили Вальтера Ульбрихта, потому что на его лице стали читаться уже совсем иные чувства.

– Что, осознал свою оплошность ваш вождь? – с улыбкой спросил Терко у Клауса.

– В общем и целом – да, – ответил Клаус. – Но что же теперь делать?

– Скажи вождю, что он немедленно должен вернуться к себе в кабинет, – ответил Еремин. – Никаких переговоров с американцами! Пускай свяжется с советским командованием! Думаю, он и без нас знает, что ему делать.

А пока – пускай успокоит народ. Видишь, люди волнуются!

Клаус перевел слова Еремина. Ульбрихт кивнул, обернулся к толпе и поднял руку. Шум умолк. Ульбрихт, помедлив, стал что-то говорить по-немецки. Вначале люди слушали молча, затем то тут, то там стали раздаваться возгласы. Ульбрихт растерянно взглянул на Клауса, а заодно и на Терко с Ереминым.

– Скажи им сам, – сказал Еремин, обращаясь к Клаусу.

Клаус так же, как только что и Ульбрихт, повернулся к людям и поднял руку. Говорил он недолго, но видимо, это были правильные и доходчивые слова, потому что ропот в толпе стал постепенно стихать. Больше того, люди стали постепенно расходиться.

– Вот и ладно, – сказал Еремин.

– А теперь – пускай он едет? – кивнул Клаус в сторону Вальтера Ульбрихта.

– Э, нет! – запротестовал Терко. – Как это так – едет? Вначале проверим его машину! Мало ли что… Уве, скажи своим, пусть покараулят этих беспамятных ребят.

Скоро они должны прийти в себя и, я думаю, начнут ругаться. Так вот пускай они их успокоят. А ты – помоги нам с машиной. Клаус и Моника – переведите все это товарищу Ульбрихту. Пускай он немного подождет…

Машина Вальтера Ульбрихта находилась неподалеку. За рулем сидел испуганный шофер. Он явно не понимал, что происходит, но свой пост не покидал. Личный водитель таких важных лиц, как Вальтер Ульбрихт, не имел права покидать машину, он постоянно должен был находиться за рулем.

Так гласила инструкция, и это была правильная инструкция.

– Этот – немец! – проворчал Терко. – Был бы американцем, давно уже сбежал бы вместе с машиной, когда мы повязали его подельников… Но все равно, Уве, побеседуй с ним.

Первым делом Уве обыскал водителя и забрал у него пистолет. Пистолет был советского производства.

– Я же говорю – немец, – констатировал Терко.