Одолеваемый любопытством, неслышно поднялся со стула и стал медленно приближаться к точенной фигурке, глядящей в темное окно."
"– Поспи. Я скоро закончу и приеду, – продолжала она бормотать. Затем, кажется, перестала дышать и почти сразу шумно выдохнула.
Сделал ещё несколько шагов, планирую нагло нарушить её личные границы. И плевать, что прямо сейчас я арестант в наручниках. Разве можно назвать преступлением – вдохнуть запах волос и шеи знойной стервы? Меня оправдают по всем статьям.
– Нет. Не трогай, – голос стал на несколько градусов холоднее. Это она мне? Заметила, что я обнаглел? – Пусть стоит, если встал. Не трогай его и не надо ничем натирать. Скоро приеду.
Я даже забыл, зачем шёл к ней, застыв в сантиметрах десяти от нее.
«Пусть стоит, если встал»? «Не надо натирать»? «Скоро приеду»?
Её выдернули из какой-то тусовки свингеров? Это поэтому она такая недовольная – там стоит, а она не рядом? И что будет после моего освобождения? Поедет домой и с разбегу, задрав юбку, прыгнет на…
– Блять! – взревел я ослом и, сам того не осознавая, рухнул на одно колено.
– Больно!
Всё произошло, как гребаная вспышка. Она отключила телефон. Замерла. Кажется, задержала дыхание и повернулась ко мне так резко, что я даже сообразить нихрена не успел. И вот, мои пальцы загнуты в обратную сторону, а сам я стою на одном колене перед стервой, готовой приставить к моей башке «калаш».
– Кто разрешил тебе встать? – цедила она сквозь стиснутые зубы, пока я корчился в муках.
– Отпусти! – еще немного и от боли закапает с конца.
В любой другой ситуации переплетение наших пальцев могло бы показаться романтичным, но не тогда, когда она вывернула мои в другую сторону и вынудила стоять на одном колене на грани пустить слезу.
– Вернулся на место, – её начальственный тон приставил дуло пистолета к виску.
– Отпусти, блять! – попытался я выпутаться, но безуспешно.
– Встал, – бросила она мне, как салаге какому-то.
– Не могу я, блять, встать, когда ты так меня нагнула, – посмотрел на нее снизу вверх, поймав себя на мысли, что ей идёт быть госпожой.
Моей госпожой, разумеется.
– Я помогу тебе, – обольстительная улыбка хладнокровной змеи коснулась её губ.
Пальцы снова прострелило болью до самого плеча, а сама стерва стала поднимать мою руку, вынуждая и меня подняться, чтобы было не так больно.
