До магазина он с ревом и пыльным облаком домчал за несколько минут, почти довел частника до инфаркта, цепляясь к каждой мелочи, и покинул объект почти через час с толстой пачкой предписаний, пригрозив вернуться буквально на днях и очень строго снова все проверить. Выспросил заодно у кооператора, где тут поблизости можно купить кур и сметану, бедный хозяин магазина, постоянно путаясь от пережитого волнения, указал на несколько хуторов поблизости.
Деревня Пешково, на пути к которой старшего кассира кто-то убил, находилась севернее, а участок для личного пользования — неподалеку от дороги, среди сотни таких же полузаброшенных огородов.
Сразу после революции горожане пытались выращивать на них картошку и репу, держали кур и свиней, а некоторые даже корову умудрялись вскладчину взять, но потом, когда советская власть снова отпустила вожжи, проще стало купить продукты у нэпманов, чем самому копаться в земле. Часть огородов заросла бурьяном, хотя многие еще держались — засевали свои аршины кто чем."
"Строений на многих участках не было, но один из землевладельцев построил целый домик — с резными наличниками и скамейкой под окнами.
Аккурат в трех огородах от него находился клочок земли Ферапонтовой пятьдесят на пятьдесят аршин, с небольшим сараем, крытым потемневшей дранкой. Еще у сарая на двери была написана красной краской фраза неприличная, других таких поблизости не наблюдалось. Фразу эту изобразил слесарь, которому за работу заплатили только половину. В ней раскрывалась вся гулящая сущность старшего кассира, что, как Травин узнал из дела, было неправдой.
В соседнем огороде копался какой-то мужичок в рваной рубахе и трусах, при виде Травина он поднял голову, оперся руками о черенок вил и уставился на Сергея.
— Коммунхозотдел, — махнул Травин удостоверением. — Будем описывать имущество покойной, отходящее обратно городу.
Мужичок сделал вид, что все понял, и снова склонился к земле, а Сергей толкнул калитку из нарубленных жердей и прошел к сараю.
Сарай был крохотный, четыре на четыре метра, и внутри совершенно пустой.
Раньше в нем хранили невеликий сельхозинвентарь, от которого осталось рассохшееся топорище, но потом, видимо, все вывезли или распродали. В углу виднелся старый мешок с высохшей до каменного состояния картошкой, на земляном полу валялась трухлявая лестница, и на первый взгляд искать в таком месте было нечего. И на второй — тоже. А вот на третий — именно столько раз Травин обошел стены по периметру, кое-что стало заметно.
