– Как Ниночка? – поинтересовалась Екатерина. – Я так переживаю, вы себе не представляете!
– Почему же? Вполне представляем, – едко ответил Горелов.
Кисловская ему не нравилась, и он даже не считал своим долгом это скрывать."
"– Пришла в себя, – поспешила на выручку Мария Николаевна. – Переведена в палату. Мы с Никитой сегодня проведали ее. Она даже улыбается. Только бледненькая. Но бульон хорошо поела.
– А вы, простите, кто? – поинтересовалась Кисловская.
– Ой, я же вас не познакомила. Это свекровь Ниночки, Мария Николаевна.
И ее внук Никита. Приехали, когда Ниночка пришла в себя, чтобы быть рядом.
– Это тот самый мальчик, который похож на какой-то древний портрет? – поинтересовалась Екатерина и, видя тут же ставшие напряженными лица собравшихся, напомнила: – Нина рассказывала, что у нее есть портрет, крайне похожий на картину, купленную в нашем антикварном магазинчике. Я имею в виду, в нашем районе.
Никто из присутствовавших не был склонен поддерживать тему, которая могла быть опасна для Никиты Невского.
Лена вдруг испугалась, что мальчик вообще приехал в этот дом. Может быть, не надо рассказывать Кисловским про клад, пока Никита здесь? Как говорится, «не буди лихо, пока оно тихо».
Ее муж, впрочем, подобных опасений не разделял.
– Да. С этих двух картин все и началось, – сказал Дорошин самым задушевным голосом, на который только был способен. – Мы, знаете ли, тут все искусствоведы. Как и Леонид. Из профессионального любопытства углубились в историю вопроса и выяснили прелюбопытнейшую вещь.
Оказывается, здесь, в доме, спрятан клад.
– Клад? – вздрогнул Кисловский.
– Да. Первый владелец этого дома, художник Никаноров, кстати, и написавший эти два портрета, был женат на Елизавете Токменевой, унаследовавшей от родителей раритетную антикварную посуду. И художник с женой спрятали все эти ценности где-то в доме. Кто-то пытался их найти, а Эдик его спугнул. Вот за это его и убили.
Лена вдруг снова подумала, что в этой версии есть что-то неправильное. Не мог преступник в поисках клада вернуться в дом, в котором помимо хозяев ночевали еще четыре гостя.
Нет, Эдика все же убили из-за чего-то другого, пусть и связанного с этими проклятыми сервизами.
– И что? Вы теперь намерены найти этот клад? – неприятно осклабился Кисловский. – Думаете, вам повезет больше, чем убийце?
– Посуда не иголка в стоге сена. Ее хранение требует наличия свободного места. Так что я практически уверен, что мы ее найдем, – пожал плечами Дорошин.
