Усадьба госпожи Ленбрау

Могу себе позволить несколько часов отдыха, ведь мне осталось сшить последнюю, пятую сумочку.

Если останется время, ещё сделаю пару украшений и бутоньерок в том же стиле. Предложу Рамиссе. Думаю, холмовским барышням понравятся такие комплекты.

Кухня снова была пуста. У обеих моих помощниц прибавилось заботы. Иста помогала сушить сено, чтобы, по её же собственным словам, «молодёжь его не спортила».

А Бабура с Ероном опять отправились за продуктами. Ведь голодных ртов у нас прибавилось. Одиннадцать мужчин, занятых на тяжёлой физической работе, ели втрое больше, чем мы впятером.

Прикинув, что к чему, мы высчитали, что пока можем купить только крупы и муку. Придётся всем несколько дней побыть вегетарианцами.

– Но у нас же есть куры и утки, – попыталась я внести в меню работников мясное разнообразие.

– Птицу не дам трогать! – отрезала повариха. – Тогда и яиц не будет!

Наверное, я могла бы настоять на своём. Однако не сочла причину достаточно серьёзной, чтобы спорить и ссориться. В продовольственных делах у Бабуры больше опыта, будем опираться на него.

Я пообедала остатками вчерашнего жаркого, заботливо оставленного для меня на плите. Но разогревать не стала. Мой собственный опыт разжигания печи был коротким и неудачным, я решила не рисковать. Тем более что и холодным жаркое оказалось не хуже.

А потом отправилась на прогулку.

Выйдя на крыльцо, огляделась. Погода стояла отличная. Солнышко припекало. На высоком небе ни облачка, только бесконечная синь.

Слева зеленел массив парка, отделённый от дома гладью пруда с копошащимися у берега утками.

Поэтому я выбрала противоположное направление.

Прошлась по тропинке с выкошенными узкими бровками. Шаг влево и шаг вправо. А дальше – густые заросли травы, вольготно разросшейся в запущенной усадьбе. Отдельные украшенные метёлками стебли вымахали выше моих бёдер и теперь склонились к земле под тяжестью созревших семян.

Я любовалась красотой дичающего луга и думала, что это ненадолго.

Пройдя с сотню шагов, я оказалась на краю обрыва. Холм, на котором расположилось Любово, был высоким и широким. Впереди высились ещё два холма, меньшего диаметра.

На ближнем сиротливо стояли тёмно-серые домики. Видно, здесь была деревня, до того как Еженика избавилась от людей. На дальнем холме виднелся погост с небольшой часовней.