Усадьба ожившего мрака

Я ведь современный человек, я за научный подход. Но факты! В прошлый раз ты оставил слишком много неоспоримых доказательств. Это оторванные головы… Брр… Ты пришел за своей хозяйкой? Догадался, что эта строптивая фройляйн может быть у меня? Или почуял? Впрочем, не важно! Хорошо, что старые легенды не врут. Плохо, что я не могу отправить тебя в ад!

Черный человек замахнулся, и рой огненных ос сорвался с кончиков его пальцев…

…Огненные осы сожрали всю его плоть. К рассвету, багряному с лиловыми сполохами, от него самого осталась лишь кучка обглоданных костей.

Он собирал себя долго и мучительно. В багровом мареве боли, оставшейся после огненных ос, не сохранилось ничего, кроме решимости. Он должен спасти хозяйку…

К стене, за которой скрылся враг, он полз на брюхе, оставляя на земле и корнях деревьев окровавленные ошметки и клочья шерсти. Он мог зарыться в сырую землю и дождаться, пока пройдет боль, а кости обрастут плотью, но хозяйке грозила опасность, и он должен был спешить, потому полз.

Добраться до стены не получилось, спрятанных под прелыми листьями ос он почуял загодя. Враг оставил их, чтобы они охраняли его дом, не пускали, причиняли боль.

Все-таки он попытался, собрал остатки сил и перепрыгнул невидимую границу. Осы настигли его в полете, впились ядовитыми жалами в глаза, делая и без того красный мир убийственно багряным, сшибая на землю то, что от него осталось.

Он пытался обползти дом врага по кругу, на ощупь. Выгрызенными, почти потерявшими чувствительность ноздрями он втягивая пахнущий землей и кровью воздух и искал прореху во вражеской обороне.

Он уполз. Зарылся под землю, затаился, пережидая боль, терпеливо дожидаясь, когда к нему вернутся силы, зрение и нюх. Но одна его часть, не желала ждать. Эта часть была давно мертвой, ей не нужна была плоть, она почти не ощущала боли, но ощущала холодную, ни с чем несравнимую ярость.

Ей тоже было больно. О, как ей было больно! Хотелось отгрызть лапу, которой она отбивалась от ос. И плоть, которая давным-давно превратилась в прах, огнем горела под истлевшей шерстью. И окружающий мир превратился во тьму, потому что осы добрались до ее глаз. Осы уничтожили почти все, но убить то, что уже и так мертво, не смогли.