Усадьба ожившего мрака

Третий вариант казался невозможным, потому что Митяй видел, в каком состоянии была Лидия. Четвертый… Над четвертым было необходимо подумать.

– Ну давай же! – Митяй дернул себя за уже изрядно отросшие волосы. – Думай!

Думать – придумать… Ему всегда лучше удавалось придумывание. Такая вот у него была богатая фантазия. Будь у него больше свободного времени, он бы просто попытался заснуть. Но времени не было, да и спать совсем не хотелось.

Не придумывалось пока ничего! Совсем-совсем ничего! Митяй снова провел лучом фонарика по подвалу.

В желтом, дрожащем свете, привязанная к крюку веревка, казалось, раскачивалась из стороны в сторону. А может и раскачивалась от какого-нибудь сквозняка. Движение это было размеренное, одновременно пугающее и успокаивающее.

– Думай, – прошептал Митяй. – Думай и смотри. Вот на эту штуковину смотри…

Думать он больше не стал. Ни думать, ни придумывать. Он просто смотрел, следил взглядом за тем, как все сильнее и сильнее раскачивается оборванная, окровавленная веревка. Он смотрел до тех пор, пока не заслезились глаза, а хребет не сковало холодом.

Что-то происходило в этот момент то ли с ним самим, то ли с миром вокруг него, то ли с ним и с миром одновременно. Наверное, потому и не испугался, когда увидел Вольфа.

Вольф, так же, как и он сам, стоял и смотрел на раскачивающуюся на сквозняке веревку. Митяй видел его белобрысый затылок и заложенные за спину руки, видел в ярости сжимающиеся и разжимающиеся кулаки. Первый и второй вариант отпали. Вольф был поражен увиденным.

Вольф был в бешенстве. Неуловимо быстрым движением он обернулся, мазнул по Митяю невидящим взглядом, зарычал по-звериному. В темноте блеснули острые клыки.

Митяй отшатнулся, хотя уже понимал, что упырь его не видит. Просто от неожиданности отшатнулся. Это был не сон, но и явью происходящее нельзя было назвать. Видение – вот, что это было. Он видел то, что случилось в подвале до его прихода. Как давно? Вот это был самый важный вопрос. Вопрос без ответа. Хотя… Почему без ответа?

На запястье упыря блеснул циферблат часов.

Если подойти поближе и присмотреться… Митяй и подошел, и присмотрелся. Он даже увидел время. Все случилось недавно, возможно, за полчаса до того, как они с Соней пришли к дому с вензелечками.

А Вольф уже с рычанием кружил по подвалу, присматривался, принюхивался. Он замер возле лестницы, упал на одно колено, коснулся рукой пропитанной кровью земли, поднес окровавленные пальцы к носу. Его верхняя губа дернулась вверх, обнажая упыриные клыки.