Усадьба ожившего мрака

 – Если бы убил, что тогда? Я бы тоже потом стал таким… кровопийцей?

– С какой целью интересуетесь, товарищ командир? – Гриня нахлобучил на голову свою идиотскую шапку.

– С прикладной. Интересно, почему одни становятся безмозглыми упырями, а другие, такими как ты или, к примеру, Вольф?

– Есть у меня одна догадка, – сказал Гриня мрачно. – Догадка есть – уверенности нет.

Он шагнул вперед, и Власу стоило некоторых душевных сил, чтобы не отступить, устоять на месте. Гриня заметил этот его внутренний конфликт, усмехнулся.

– Не боись, Влас Петрович, я пока не голодный.

– Дурень ты, Гриня… – Головин похлопал друга по плечу. – Я тебя не боюсь. Это все с непривычки. Ладно, давай теперь о деле. Ты видел девочку? С ней все в порядке?

– Видел. – Гриня кивнул. – Про порядок я пока ничего утверждать не стану, но поговорить у меня с ней получилось. Кажется.

– Долго объяснять. Планы, понимаешь ли, приходится менять на ходу. Думал, меня отведут прямиком к фон Клейсту на закуску, а он чего-то побрезговал. – В голосе Грини послышалась усмешка.

 – Вот оставили на десерт. А ты чего такой нарядный?

Двумя пальцами он потрогал Власа за лацкан ливреи.

– Тоже пришлось менять планы. Не ты один у нас король импровизации.

– Как Стелла? – спросил Гриня, на сей раз уже серьезным тоном.

– Прекрасна, как всегда. Но Штольца ты оставишь мне. Обещай.

– Как скажешь. – Гриня пожал плечами. – Штольц – тебе, фон Клейст и Вольф мне.

– Кстати… – Влас задумался. – Я не видел Вольфа. Ты видел?

Гриня покачал головой.

Это и в самом деле было странно.

Вольф был цепным псом фон Клейста. Так почему же его нет в усадьбе в такой ответственный момент? Где он может быть?

Ему не пришлось задавать этот вопрос Грине. Друг понимал его без слов. И никакие упыриные навыки тут не были нужны. Просто думали они одинаково.

– Что-то не то, – сказал Гриня задумчиво и тут же добавил: – Надо выбираться!

Они и выбрались. Выскользнули из здания, растворились в темноте, как заправские упыри. Гриня шел первым, Влас старался не отставать.

Они были на середине пути между домом и часовней, когда сквозь невнятную какофонию звуков прорвался выстрел.

Выстрел этот сначала погрузил усадьбу в тревожную, почти мертвенную тишину, а потом и в темноту. Мигнули и разом погасли все электрические лампы. Гриня остановился так внезапно, что Влас не успел затормозить, врезался ему в спину.

– Слышал? – спросил, задыхаясь.

– На втором этаже, – сказал Гриня мрачно.

– Что там, на втором этаже?

– Кабинет и спальня фон Клейста.