Усмиритель душ (СИ)

Сложно было сказать, как сильно ему пришлось сжать челюсти, но запястье живо опутали ручейки крови, и зубы вошли почти до костей.

Однако Шэнь Вэй не чувствовал боли.

Бесконечные глубины преисподней навалились на его плечи, но в своей безумной агонии Шэнь Вэй мог пролить лишь собственную кровь, а не слёзы.

Учуяв запах крови, Чжао Юньлань живо сообразил, что что-то не так.

— Шэнь Вэй! Что ты творишь? Отпусти сейчас же!

Шэнь Вэй только крепче прижал его к себе.

Люди живут на свете всего несколько десятков лет, это время пролетит, словно мимолётная вспышка, и растворится в тени.

«Разве я не заслуживаю этого времени?..»

— Шэнь Вэй! — Пока Шэнь Вэй затерялся в своих мыслях, Чжао Юньлань вывернулся из его рук и торопливо сел. Его простыни уже пропитались кровью. Взъярившись, он едва не забыл, что перед ним Шэнь Вэй, а не малыш Го. — Ты что, свихнулся? Я, конечно, та ещё свинья, но я никого не стал бы заставлять против воли! Ты покачал головой, и разве я сказал что-то против? Разве сказал хоть что-то? Зачем ты так?!

Вскочив с постели, он бросился было искать аптечку, но Шэнь Вэй схватил его за руку.

Чжао Юньлань развернулся к нему, полыхая от злости, а Шэнь Вэй тихо улыбнулся ему:

Юньлань застыл на месте. Шэнь Вэй улыбнулся ярче и продолжил странным, леденящим тоном:

— Я принимаю твой дар. Твоя жизнь, в этом мире или в загробном, теперь принадлежит мне. Даже если когда-нибудь я тебе надоем, и ты захочешь уйти, я тебе не позволю. Если понадобится, придушу тебя собственными руками.

Чжао Юньлань глупо моргнул: ему потребовалось время, чтобы прочувствовать и осознать эти слова.

В своём профессоре Шэне он, наконец, учуял присутствие Палача Душ.

Вместо того, чтобы отреагировать на эту чудесную и свирепую речь, Юньлань вытащил из-под кровати аптечку и добыл оттуда антисептические салфетки. Присев на краю кровати, он потянул на себя окровавленное запястье Шэнь Вэя и, нахмурившись, осторожно протёр его рану.

— Угораздило же меня, — вздохнув, буркнул он, разбавляя нежность своих действий грубостью слов.

После этого силы окончательно его оставили. Его спецотдел полнился полулюдьми и полупризраками, но ни на кого из них нельзя было положиться. Приходилось самому вертеться, как белка в колесе. Сменив окровавленные простыни, он окончательно растерял настроение заниматься любовью и просто повалился в постель и откровенно вырубился. Дыхание его замедлилось и успокоилось.

Теперь он, наконец, правда крепко спал.