Усмиритель душ (СИ)

Шэнь Вэй был рядом, и потому кубку было попросту страшно!

Каким образом его воспитанный и нежный любовник, которого так легко смутить, превратился в высокомерного шантажиста, способного из кого угодно вить верёвки?

И что за соглашение связывает его с Шэнь-нуном?

И если Шэнь-нун был тем, кто забрал пламя души из его левого плеча, и если видение о Куньлуне, охраняющем Великую Печать, было правдой… Как же тогда огнём его души завладело призрачное племя?

И что произошло в промежутке между этими событиями?

Если Шэнь-нун подправил воспоминания внутри Древа Добродетели, то что он пытался скрыть?

Увидев, что «отец» собирается вернуться в мир живых, Юньлань затаился в ветвях и спустился на землю только после того, как тот ушёл.

Стоя посреди дороги в ад, Юньлань посмотрел вслед Шэнь Вэю. Мысли путались у него в голове: правда мешалась с ложью, и потихоньку накатывала паранойя — нашёптывала, что вокруг вовсе нет ничего настоящего.

И вдруг Юньлань вспомнил про «Записи древних тайн», которые лежали у него за пазухой.

Вытащив книгу, он с удивлением обнаружил, что её страницы опустели, и обложка тоже — кто-то словно стёр из неё все до единой буквы.

Лицо Юньланя потемнело: одиннадцать лет назад, в две тысячи втором году… Год Водяной Лошади.

Если всё произошедшее было правдой, и если он прямо сейчас спустится в призрачный город и купит там «Записи древних секретов»… Так они и объявятся в библиотеке спецотдела?

Так что случится, если он не купит чёртову книгу? А просто выбросит эту стопку бумаги прямиком в Реку Забвения?

Недолго думая, Чжао Юньлань так и сделал: размахнулся и что есть силы швырнул её в реку.

С негромким «плюх» она медленно ушла на дно. Обождав для верности, не придёт ли кто штрафовать его за хулиганство, Юньлань развернулся и пошёл в сторону софоры.

Он решил, что первым делом купит сигарет, чтобы прочистить мозги, а уже потом снимет комнату в отеле, нормально поест и выспится. А уже после этого будет преследовать Шэнь Вэя — до тех пор, пока тот не отошлёт его обратно в своё время.

Внезапно Юньлань остановился.

Можно ли утверждать, что Шэнь Вэй, которого он только что видел, на самом деле был Шэнь Вэем?

Может, потому «разум» и «мудрость» и были двумя разными понятиями? Выбросить книгу было правильным решением: в некоторые размышления лучше не углубляться, и если тебе предполагается быть глупцом, то лучше таковым и оставаться.

Однако, находясь в прошлом, Юньлань не мог контролировать собственные мысли.