Усмиритель душ (СИ)

Если бы не она, может, я и не согласился бы туда подняться, — задумчиво протянул Юньлань и сунул в рот сигарету, ощупывая карманы в поисках зажигалки.

Маленький огонёк живо заставил искру на кончике его сигареты разгореться ярче.

— Книга всё это время была со мной, но после прыжка на одиннадцать лет назад её страницы опустели — потому что в том мире уже существовала её полная копия. А когда ты вернул меня назад… Кстати, каким образом мы вернулись?

— Глефа Палача Душ способна разрезать что угодно, — сказал Шэнь Вэй, бережно прикоснувшись к месту между его бровей, и в отражении его глаз Чжао Юньлань увидел там тусклое сияние.

— Твоя душа несёт мою метку. Я всегда найду тебя, дай только время. Эта книга… «Записи древних тайн». Что с ней стало?

— Я выбросил её в Реку Забвения.

Глядя на Чжао Юньланя, Шэнь Вэй уже знал, что тот окончательно обо всём догадался.

— Шэнь-нун сказал мне остерегаться тебя, а кроме этого намекнул, что эта жизнь — моё перерождение. И собирался сообщить мне что-то ещё, но жемчужина утащила меня в прошлое.

— Шэнь Вэй промолчал. — Видишь ли, я купил эту книгу и обнаружил её в библиотеке несколько лет спустя. Прочитав её и кое-что заподозрив, я отправился туда, откуда она появилась, и обнаружил, что покупателем был я сам. Своеобразный круг перерождений, временная петля: после моего возвращения книга одновременно и исчезла, и навсегда осталась в этом мире. Как Земле никогда не соскочить со своей орбиты, так и этот круг замкнулся насовсем. Жизнь оборачивается смертью, а смерть — жизнью… Если между ними не будет разницы, смерть потеряет смысл. В этом и была идея восьми триграмм Фу Си.

— Можешь не объяснять, — усмехнулся Шэнь Вэй, отвесив ему краткий поклон. — Я понял. — Чжао Юньлань выпустил в его сторону колечко дыма. — Значит, тогда ты уже знал, что фальшивые воспоминания внутри священного древа не были делом рук Шэнь-нуна. Всё-таки первый мудрец знал, что творит, — мягко улыбнулся Шэнь Вэй. — Мне с ним никак не сравниться.

Юньлань, щурясь сквозь дым, подлил ему ещё чая.

— Вовсе нет, — заявил он, — вы просто разные люди на разных должностях. И если подумать… Когда «я» резвился и бунтовал против режима внутри священного древа, переполняющие меня ярость и боль… На самом деле были твоими?

Шэнь Вэй поднял крохотную чашечку, вдохнул терпкий запах и горько улыбнулся:

— Я сожалею лишь о том, что не был рождён раньше и раньше не повзрослел. И мне не довелось поучаствовать в войне между богами и демонами.