Усмиритель душ (СИ)

Потрясение, охватившее Реку Забвения, выглядело жутко только для посторонних глаз. Глубоко под землёй, у основания Древа Добродетели, возле Великой Печати было спокойно: только отзвуки грома доносились откуда-то издалека.

Прислушавшись к ним, Шэнь Вэй улыбнулся.

Линь Цзин не обратил на эти звуки никакого внимания. Обойдя вокруг Шэнь Вэя несколько раз, он положил ладонь на Древо Добродетели и заявил:

— Подождите немного, у меня где-то была отмычка. Я освобожу вас от цепей.

— Нет нужды, — спокойно откликнулся Шэнь Вэй.

— Всё, что тебе нужно сделать — это вытащить шип из моей груди.

— Просто вытащить? — поёжился Линь Цзин. — С вами ничего не случится?

— Ничего страшного, — кивнул Шэнь Вэй. — Благодарю тебя.

Его тон был так безмятежен, словно он советовался с официантом в столовой по поводу своего обеда.

У Линь Цзина, в отличие от него, от страха уже вспотели ладони.

— Если вы так говорите, профессор Шэнь… Жаль, что я не могу попросить вас о письменном подтверждении.

С этими словами он взялся за наконечник шипа и, решив, что пластырь лучше срывать сразу, резко выдернул шип из груди Шэнь Вэя.

Раздался отвратительный звук разрываемой плоти, и тело Шэнь Вэя дёрнулось вперёд, но его надёжно удержали чёрные цепи.

Линь Цзин от ужаса покрылся холодным потом, но Шэнь Вэя даже не пикнул от боли. Из раны на его груди хлынула кровь, но Линь Цзин, не обращая на неё внимания, отбросил шип и заглянул Шэнь Вэю в лицо.

Тот, кажется, находился сейчас на грани, на вершине своей выносливости: по его лицу стекали капельки холодного пота, а взгляд поплыл, растеряв остатки разума.

Опасаясь, что Шэнь Вэй снова лишится сознания, Линь Цзин собрался было отвесить ему пощёчину, но вдруг вспомнил, что перед ним висит Палач Душ, и струсил: легонько потянул его за край плаща.

— Профессор Шэнь? Слышите меня? Потерпите, пожалуйста, потерпите ещё немного. Я помогу вам спуститься.

Губы у Шэнь Вэя потрескались и побелели от потери крови, но пребывая в полузабытьи, он всё равно тихо выдохнул:

— А? — оживился Линь Цзин.

— Кто? Куньлунь? Что такое?

Его голос наконец вырвал сознание Шэнь Вэя из пелены забвения, и глаза его прояснились. Линь Цзин же с восторгом обнаружил, что жуткая рана на груди Шэнь Вэя медленно затягивается: вскоре ничего, кроме окровавленной дыры на одежде, не напоминало об этом страшном ударе.

— Передай мне, пожалуйста, этот шип, — тихо попросил Шэнь Вэй.

Линь Цзин торопливо схватил ледышку обеими руками.