Утоли мои печали

– Ба, ну можно было сказать, объяснить, – подхватил Костик. – Мы бы, конечно, помогли и без всякой коллекции!

– А зачем мне вам что-то говорить, когда у меня есть родные люди, которым ничего говорить не требуется? Все эти годы Павел с Лизой снабжали меня овощами, крупами, макаронами и другими продуктами, всегда на зиму все закупали и заполняли мою кладовку, ничего не спрашивая и не требуя продажи коллекции. Для них почему-то это кажется нормальным.

– Ну, дядь Павел мог бы и нам сказать, что у тебя тяжело с деньгами, – отчитал ее младший внук Игорь.

– А у меня не тяжело с деньгами, – усмехнулась Глафира Сергеевна. – Потому что все эти двенадцать лет каждый месяц мне переводит деньги мой внук Григорий. По своей личной инициативе, обойдясь без моих просьб и жалоб.

– Это он вину свою заглаживает! – выкрикнул Виталий, снова вскочил и, ткнув в сторону Григория пальцем, продолжил обличать: – Это он так откупается от тебя! Оплачивает свое деяние! – И, обведя всех сидевших за столом сверкающим от негодования взглядом, потребовал: – Давно надо было с этим разобраться до конца и в полицию сообщить о наших подозрениях и выводах, и провести заново все расследование и наказать его в конце концов! Вы же видите, что он сделал! Он ей деньги шлет и, конечно, заработал ее полную любовь! Она точно ему все отпишет, вот увидите!

– Ну, а если это не он? – раздался вдруг ровный спокойный голос.

И начинавшие уже бурлить страсти в поддержку выступления Виталия с одной стороны и возмущение их оппозиции с другой вдруг разом стихли, повисла напряженная тишина, и все как один уставились на Марьяну, задавшую этот вопрос.

А она медленно промокнула губы льняной салфеткой, положила ее рядом со своей тарелкой, оглядела присутствующих, оторопело следивших за ней, и спросила еще раз:

– А если это действительно не он? Вы когда-нибудь задумывались над этим? – И, увидев растерянность на некоторых лицах, усмехнулась: – Как-то освежает такая мысль, не правда ли?

– Это не ваше дело! – первой пришла в себя Алевтина.

 – Вы вообще тут не должны находиться, это наше семейное дело! Ваша неожиданная нежная дружба с мамой весьма настораживает!

– Да заткнулась бы ты, Аля, – сказала вдруг Глафира Сергеевна. – Достала уже.

– Мама! – ахнула от неожиданности Алевтина Петровна.

– Что – мама? – скривилась та.