Увядание розы

Зачем она заговорила с этой глупой самодовольной девчонкой?

– О да! – Вера саркастически улыбнулась. – Мы из разных миров, в этом вы правы! Но мне бы хотелось понять вас, таких, как вы, беспринципных и безнравственных, эгоистичных особ, которые без дрожи швыряются судьбами других людей!

– Вы действительно хотите понять? – Бровь Матильды выразительно изогнулась. – Ну, милая, тут вы неоригинальны, вы повторяете путь своей мачехи. Та тоже очень хотела понять, каково живется таким безнравственным, как вы выразились, особам.

Примерить порок на себя! И что же?

Оказался впору! Где теперь добродетельная матрона? Ищи-свищи ветра в поле! Так и вы, милая девушка, маетесь от своей добродетели. Я привлекаю вас, моя жизнь будоражит и манит вас! Не так ли?

Вера покраснела. В глубине души она действительно часто думала о Матильде.

Ей рисовались непристойные картины, наподобие тех, которыми частенько развлекаются прыщавые гимназисты для утоления жажды взрослеющей плоти. На них она представляла Матильду со всеми ее доступными прелестями и каждого участника драмы.

Она думала не только о ее порочности и распущенности. Но и о ее свободе, телесной и духовной, той свободе, которой Вера была лишена напрочь.

– А, вы покраснели! – усмехнулась Бархатова. – Значит, я угадала. Тогда вот вам мой совет напоследок. Отдайтесь первому встречному, иначе вы в скором времени зачахнете, да так, что даже громкое имя вашего папаши не заставит никого полакомиться перезревшим фруктом!

Вера ахнула от возмущения.

Гнев и омерзение переполнили ее.

– Гадкая! Какая вы гадкая! Ненавижу вас! Вы мне омерзительны!

– Пожалуй, это не самое страшное в моей жизни, – спокойно заметила Матильда. – А вы, милое и непорочное дитя своего развратного отца, пропадете, совершенно пропадете!

Бархатова подошла к надгробию Кирилла, положила на него руку и несколько секунд стояла, замерев. Потом, не попрощавшись с застывшей от негодования и ненависти Верой, направилась к воротам кладбища, за которыми ее ждала пролетка…

Эта встреча не выходила у Веры из головы.

Ее замкнутый, зависимый от прихотей отца образ жизни все больше наводил ее на мысль, что проклятая развратница права! Но где взять его, этого самого первого встречного, и, самое ужасное, как действовать дальше, реализуя совет Бархатовой? Пока девушка размышляла, первый встречный явился. Явился в лице бухгалтера Антона Антоновича Яблокова.