Ужин с папочкой (ЛП)

Я едва могу смотреть Барду в глаза, когда передаю стринги, а когда он подносит их к носу и долго нюхает, моя киска наполняется жаром.

— Посмотри на меня, — прохрипел он.

Перевожу взгляд на его лицо, и вижу в его глазах только голод. Не могу поверить, насколько это опьяняюще - иметь полное внимание такого мужчины. Не могу поверить, что я так возбуждена, и подчиняюсь его приказам. Это почти как покорность.

К тому времени, когда Бард вылизывает мои пальцы, я уже так намокла, что сползаю с сиденья.

— Ты громкая? — спрашивает он.

Он одаривает меня первой ухмылкой со времен бутика и говорит:

— Ляг на спину и покажи мне свою красивую киску, — его голос становится на октаву ниже. — Это приказ.

Ему не нужно просить дважды. Я даже не удивляюсь тому, как легко поворачиваюсь на кожаном сиденье и откидываюсь на спинку. Никогда еще за свои двадцать один год я так отчаянно не хотела выполнить приказ.

Я лежу, раздвинув ноги, а юбка из перьев облегает мою талию. Прохлада кожи прижимается к спине, а кондиционер обдувает мои обнаженные бедра, заставляя кожу покрываться мурашками.

Взгляд Барда согревает мою кожу, задерживаясь сначала на моем лице. Большинство парней смотрели бы прямо на киску, но он не торопится, изучая каждую деталь.

Мой вырез настолько низок, что открывает еще больше сисек, когда я лежу плашмя, а остальное платье настолько прозрачно и облегающее, что я будто голая. Я должна чувствовать себя неловко, но чувствую себя только сексуальной.

Дыхание Барда учащается, когда он достигает вершины моих бедер.

— Прекрасно, — рычит он. — А теперь раздвинь ноги пошире.

Мурашки пробегают по коже, приливая прямо к клитору. У меня перехватывает дыхание, а сердце пропускает несколько ударов

Он сделает это языком.

— Будь хорошей девочкой и открой мне свою киску пальцами.

Я просовываю руку между ног и обнаруживаю, что внутренняя поверхность бедер влажная. Черт возьми. Мужчина едва прикоснулся ко мне, а мое тело словно течет.

Мои пальцы не дрожат, как раньше, - я слишком возбуждена, чтобы чувствовать себя неловко.

Скользя пальцами по пульсирующему клитору, я раздвигаю влажные складочки и наклоняю бедра.

Бард придвигается ближе, неглубоко дыша через приоткрытые губы. Трепет триумфа наполняет мою грудь от того, что я лишила его контроля.

— С тебя капает, — говорит он, задыхаясь от благоговения.

— Тебе понравится, если я возьму все в свои руки?

Я отвожу взгляд от его лица.