В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Магнус вспомнил Бэддока, с ног до головы уделанного кровью, с руками едва по локоть в малфоевских потрохах, и подавил вспышку истерического веселья.

– Гленн добрый малый, – справившись с собой, сказал он. – Потому и врёт, как лепрекон. Тебя не то, что лапать, на тебя смотреть без слёз невозможно.

– Лапаю и плачу, – вздохнул Бэддок и подпёр щёку кулаком.

– Сейчас прокляну обоих за гнусную клевету, – возмутился Люциус и всё-таки рухнул в подушки. – Я по-прежнему прекрасен, только слегка исхудал.

Магнус покачал головой, уселся во второе кресло и возобновил было увещевания, но леди Малфой решила взять дело в свои руки.

– Люци, милый, ты неотразим, – мягко улыбнулась она и погладила мужа по руке. – Позволь же нам ещё немного о тебе позаботиться.

– Точно, неотразим, – ввернул Магнус. – Тебя даже зеркала не отражают, до того отощал.

– Дорогая, – томно промолвил Люциус и неодобрительно покосился на Нотта, – ты одарила своей благосклонностью враля и грубияна. Меня восхищает твоя доброта к этому проходимцу.

– О, Люци, я тебя обожаю! – засмеялась Нарцисса. – Но будь же благоразумен, ты действительно ещё очень слаб. Останься, прошу тебя, дорогой.

– Никогда не мог отказать тебе ни в чём, милая, – Люциус с видимым облегчением прекратил свои трепыхания. – Распорядись, будь добра, доставить сюда мой любимый несессер.

– Всё что угодно, – Нарцисса шутливо поцеловала супруга в белобрысую макушку, а Магнус закатил глаза.

– Тогда ещё халат, – капризно наморщил нос Люций, – и туфли.

– Хоть весь гардероб, Малфой, – Нотт пнул тихо помирающего от смеха Бэддока. – Могу ещё парочку павлинов приволочь. Вон в том углу будут дивно смотреться насесты.

– Здесь кругом будут дивно смотреться насесты. Угадай, почему? – огрызнулся Люций.

– Понятно, почему, – заржал Магнус. – У меня в гостях повелитель павлинов и разных прочих кур.

Он пересел на постель, приобнял Люциуса за шею и тоже от души чмокнул его в темя.

– Я рад, что ты очухался, поганец. Правда, рад.

Малфой фыркнул и состроил высокомерную морду.

– Вылитый фестрал, – восхитился Бэддок. – Магнус, отпусти больного и иди, куда ты там шёл. Люцию пора пить зелья и спать. Миледи, я думаю, вчерашний ритуал повторять не стоит. И так всё замечательно.

Нарцисса округлила глаза:

– Миледи? Гленн, ты в уме?

– Хоть кто-то помнит о приличиях, – прошептал Малфой и мгновенно уснул, будто сознание потерял.