Поколебавшись, Драко не стал рассказывать друзьям о невидимом колечке-телепорте в губе. Он решил, что если настанет край, то просто ухватит Винса и Грега за руки, а объяснять методы внезапной аппарации будет потом.
Ещё он безумно сожалел об оставленной дома незарегистрированной палочке. Вернее, дома её оставила мама. «Во избежание досадных недоразумений, дорогой мой», – сказала леди Малфой таким голосом, что Драко счёл за благо не возражать.
Когда в комнату вошёл Поттер и ошалело уставился на побрякушки, Малфой не удержался и всучил ему универсальный щит.
Гарри явно смутила дороговизна подарка, и Драко мысленно побился головой об столбик балдахина: нужно было сразу превратить брошку в серебряную. Его в очередной раз подвела разница в воспитании. Маги абсолютно точно знали, что амулет тем сильнее, чем дороже металл и чище камни. Одаривать дешёвкой считалось верхом неприличия, а вот маглы, похоже, имели прямо противоположное мнение на этот счёт.
За ужином Малфой внимательно наблюдал за гриффиндорской троицей.
Пупс и Уизел тоскливо пялились на пустующее кресло Дамблдора, а лохматая заучка торопливо листала какой-то потрёпанный том и что-то записывала в небольшой блокнот.
Поттер поужинал быстро и, как показалось Драко, без всякого аппетита. Отодвинув нетронутый кубок с тыквенным соком, он по своему обыкновению уставился в потолок Большого зала. Малфой тоже быстро взглянул наверх и покачал головой: мириады звёзд и ни одного знакомого созвездия. Значит, Поттера вновь придётся уводить силком, тот мог любоваться этим несчастным потолком часами.
В спальне Малфоя накрыл лёгкий мандраж. Они с парнями старательно делали вид, что идут обычные приготовления ко сну, вот только под подушками уже были спрятаны школьные мантии с капюшонами и мягкие сапоги на шнуровке."
"Драко пожелал всем спокойной ночи, задёрнул полог, быстро переоделся в тёмный свитер и удобные брюки и затаился, ожидая, когда все заснут.
– Поттер, что за снадобье ты подлил Хорьку? – как назло проклятый Нотт отходить ко сну не торопился, и Драко занервничал.
– Тихий, молчит всё время и с Монтегю ни разу не сцепился.
– Ничего и никому я не подливал, – ответил Поттер, позёвывая. – Хотя тебе как раз стоило. Спокойной ночи.
Нотт фыркнул и, судя по звуку, с разбегу плюхнулся на постель.
– Скучные все какие-то, – пожаловался он. – Забини, ты и на ночь красоту наводишь? Зачем тебе эта штука на волосах?
– Отстань, грубиян, – буркнул Блейз. – Тебе-то ни ночью, ни днём наводить нечего.
