В канун Рождества

— Ты не хочешь, чтобы я туда пошел?

— Ах, дорогой Оскар, я в восторге. Просто не совсем понимаю, что изменилось.

Оскар поставил чашку. Когда он снова заговорил, голос у него был совершенно другой, он уже не шутил.

— Это произошло вчера. Я встретил того священника — Питера Кеннеди. И повел себя глупо и грубо. И еще одно. Все это время я делал вид, что никому тут не известен, но, конечно же, это не так. Если Питер Кеннеди знает обо мне, значит, знают и другие. Но они вежливые и застенчивые люди. Они понимают мое состояние и не придут в гости.

Городок этот маленький, и новости распространяются со скоростью света. Роза Миллер наверняка слышала, что я вернулся. Она очень обидится и даже оскорбится, если я не приду к ней. Поэтому я решил ее навестить. Куплю ей у Артура Снида букет цветов, и мы вместе вспомним прошлое. Тебе ведь не понадобится машина?

— Нет. Что в этом городке замечательно, так это то, что все рядом: перейдешь площадь — и, пожалуйста, ты в супермаркете; спустишься по улице — тут мясная лавка, а по дороге домой можно зайти в книжный магазин и полистать книжки.

Если меня вдруг потянет полюбоваться антиквариатом, я загляну в соседнюю лавочку и выйду оттуда с чайником для заварки времен королевы Виктории. А то пойду и сотворю себе перманент.

— Не хочешь ли ты сказать, что в Кригане есть дамский парикмахер?

— Именно. Помещается над цирюльней. А где же еще? Элфрида наклонилась над столом, чтобы убрать пустую тарелку Оскара и налить себе вторую чашку кофе. Плотные клетчатые шторы все еще были задернуты, она раздвинула их и увидела посветлевшее небо.

Почему-то она вдруг повеселела, впервые за долгое время. День будет чудесным. Очень холодным, но прекрасным. Оскар отправляется с визитом, а на следующей неделе приедут Кэрри с Люси. Быть может, вчера был поворотный день, а она ничего не приметила?

— Пойду прогуляюсь, — объявил Оскар. — Разомну ноги. Глотну свежего воздуха. Я возьму с собой Горацио.

Он совершенно определенно не ждал, что она к ним присоединится. Впрочем, у нее не было ни малейшего желания выходить в стужу и ветер.

И снова она сумела не выказать никакого удивления, а просто посоветовала, чтобы он оделся потеплее. Возможно, то, что Оскар при встрече с этим человеком, Питером Кеннеди, запаниковал и сбежал, подобно псу, куснувшему руку дающего, произвело неблагоприятное впечатление не столько на священника, сколько на самого Оскара. Он явно устыдился своего поступка. Наверное, всю ночь промучился угрызениями совести.