В канун Рождества

Скажите, мистер Бланделл когда-то жил в Гэмпшире?

— У него есть дядюшка, который живет в Лондоне?

— А кузен, которого зовут Хьюи Маклеллан?

— Боюсь, я не смогу вам помочь. Я сюда приехала в гости и совсем ничего не знаю о семье Оскара. Я только здесь с ним познакомилась. К тому же, я два дня пролежала в постели с простудой. Так что у нас с Оскаром просто не было возможности что-нибудь разузнать друг о друге.

— Сейчас Оскара и Элфриды — Элфрида моя родственница и подруга Оскара — нет дома. Они вернутся не раньше восьми.

 — Кэрри взглянула на маленькие каминные часы. — Скоро семь. Если вы хотите их подождать…

— Нет, не могу. Надо ехать.

— Но я не понимаю, как у вас оказался ключ от этого дома?

— Мне его дал Хьюи. Он хотел выставить дом на продажу.

— На продажу? — Кэрри удивленно на него уставилась. — Но это же дом Оскара.

— По-моему, они оба владельцы, если я правильно понял. Каждому из них принадлежит половина дома.

— Почему вы решили посмотреть дом? Вы хотите его купить?

— Может быть. — осторожно сказал он.

— Чтобы жить в нем. Я приступаю к работе в Бакли. Надо вновь запустить фабрику шерстяных тканей Мактаггерта. Я хочу здесь обосноваться, и мне нужно жилье.

— А где это — Бакли?

— В двенадцати милях к северу. Я сейчас как раз оттуда. Знакомился с рабочими и служащими.

— Но тогда вам лучше жить в Бакли?

— Да, вероятно, в Бакли было бы удобнее. Но все дома, принадлежавшие фабрике, распроданы. А поскольку Хьюи рассказал мне об этом доме и дал ключ, я решил приехать и посмотреть.

По правде говоря, я считал, что дом пустует, и удивился, когда увидел в окнах свет. Мне захотелось выяснить, в чем дело.

— Но пока ничего не прояснилось.

— Да, мне надо бы поговорить с мистером Бланделлом. Но, боюсь, сейчас для этого нет времени. Может быть, в другой раз. Мне пора ехать.

— А по-моему, очень важно, чтобы вы поскорее встретились с Оскаром. Простая справедливость требует, чтобы он знал, что произошло… что происходит.

— Но, право, я должен…

Он поднялся. Кэрри тоже встала, подошла к большому эркерному окну и отдернула тяжелую штору.

За ней бушевала зима. Снег валил не переставая, на улице не было ни машин, ни прохожих. Кэрри представила себе дорогу в Инвернесс, мили и мили пути, подъем, ведущий к Черному острову от моста через узкий морской залив Кромарти.

В отличие от Элфриды и Оскара Кэрри не боялась ездить на машине по заснеженным дорогам. Она провела три зимы в горах Австрии и видела всякое. Но сейчас было совсем другое дело.