В Объятиях Соблазна (СИ)

Он оттолкнул Лауру и брезгливо отстранился. Та потерла ушибленный подбородок, гневно сверкнула глазами, но смолчала. Лишь демонстративно скрестила руки и отвернулась, всей своей позой выражая оскорбленное достоинство.

Я отшатнулась от двери, судорожно глотая воздух. Щеки пылали, сердце бешено колотилось. Господи, какой позор! Какое бесстыдство и разврат! Но хуже всего — в глубине души шевельнулось странное, запретное чувство. Почти… возбуждение?

Пора убираться отсюда, пока я не наделала глупостей и не выдала себя с потрохами, не разоблачила свой невольный интерес.

Но едва я попятилась, как Марко вдруг впился в меня немигающим взором. Прямо сквозь узкую щель приоткрытой двери, сквозь полумрак коридора — высмотрел, выхватил, пригвоздил.

В его черных глазах плескалось такое пламя, что хотелось одновременно сгореть дотла и сбежать без оглядки. Словно кролик перед удавом, я застыла на месте, чувствуя, как под этим хищным взглядом испуганно трепещет сердце. Сейчас он поднимется, шагнет навстречу, вытащит на свет, опозорит перед всеми…

Но Марко и не подумал срываться с места.

Лишь едва уловимо, уголком рта ухмыльнулся — мол, знаю, что ты здесь, глупышка. Наблюдаю. Жду, когда ты проявишь себя. И сыграем мы с тобой в кошки-мышки, никуда ты от меня не денешься.

Не в силах более выносить эту безмолвную насмешку, я отпрянула и со всех ног бросилась прочь.

Я рвалась прочь из душных стен палаццо. Предвкушение встречи с лордом Кристианом сулило глоток свежего воздуха вдали от интриг и грязных домогательств.

Готовясь к поездке, я облачилась в элегантное дорожное платье цвета морской волны. Широкополая шляпка с вуалью и тисненый ридикюль довершали ансамбль.

Нервно теребя в руках перчатки, я ожидала экипаж. Щеки горели румянцем волнения, но в глазах сверкала решимость. Что бы ни случилось, я не позволю Марко одержать верх. У меня есть своя жизнь и свои интересы, в конце концов! И лорд Уэстбрук… Что ж, возможно, это мой шанс на новую, лучшую жизнь.

За спиной скрипнула тяжелая дверь, и на крыльцо вышел Марко.

Щурясь от яркого солнца, он окинул меня долгим, пронизывающим взглядом. На мгновение наши глаза встретились, и в глубине янтарных радужек Альвизе промелькнуло странное, непонятное выражение. То ли обида, то ли тоска, то ли затаенная страсть… Но в следующий миг он уже нацепил на лицо привычную саркастичную маску.

— Элизабет, куда это вы так спешите с утра пораньше?

Я вздрогнула от неожиданности и с трудом удержала равновесие.