В Объятиях Соблазна (СИ)

Тончайшее сукно сюртука, безупречный покрой, искусная вышивка на манжетах. Кружева платка колыхались в такт шагам, зловеще поблескивала булавка.

Оцепенев от ужаса, я смотрела, как незнакомец чинно усаживается на колченогий стул напротив. Закинул ногу на ногу, небрежно облокотился на спинку, помахивая тростью. Поза, исполненная самоуверенности и превосходства.

Мы молча буравили друг друга взглядами. Точнее, это он буравил, а я старалась не потерять сознание от страха. Что-то неуловимо знакомое было в его фигуре, росте и манерах.

Незнакомец глухо рассмеялся и наконец заговорил. Голос, искаженный маской, звучал зловеще:

— Что же, душа моя, вот мы и встретились. Наедине, в столь располагающей обстановке. Вижу, вы напуганы и сбиты с толку. Не стоит. Скоро все разрешится… так или иначе.

Он поднял руку в кожаной перчатке и картинным жестом сдернул маску. Знакомые черты проступили в дрожащем пламени свечи. Надменный разлет бровей, жесткая линия рта, пронзительные синие глаза.

— Лорд Кристиан Уэстбрук! — ахнула я. — Вы? Но… Но почему? Зачем вы меня похитили?

Вместо ответа бывший воздыхатель растянул губы в леденящей ухмылке. Маска выпала из его пальцев и покатилась по грязному полу. Кристиан брезгливо отшвырнул ее носком сапога, поднялся в полный рост.

— Леди Элизабет, рад, что вы очнулись, — произнес он вкрадчиво. — Не бойтесь, я не причиню вам вреда. Если будете благоразумны.

Я задохнулась от возмущения.

— Благоразумны? Да как вы смеете меня похищать? — прошипела я. — Вы… Вы просто негодяй!

На скулах Кристиана заходили желваки. Но он взял себя в руки, растянул губы в ухмылке.

— Вы, по-моему, что-то путаете, — процедил он сквозь зубы. — Негодяем был этот ваш Альвизе, державший вас в клетке борделя, унижавший и мучивший ради прихоти. А я, если изволите припомнить, с самого начала выказывал вам лишь почтение и обожание. Одаривал комплиментами, пытался ненавязчиво ухаживать…В любом случае это не важно, душа моя.

Он выдержал эффектную паузу, впиваясь в меня немигающим взглядом. По спине побежали мурашки нехорошего предчувствия.

— Видите ли, Элизабет, до меня дошли любопытнейшие слухи, — промурлыкал Кристиан, приближаясь. — Поговаривают, что муж вашей покойной тетушки происходил из древнего венецианского рода.