В Объятиях Соблазна (СИ)

Иначе клянусь, я раскрою твой череп, как гнилой орех. Ты труп, Уэстбрук. Смирись.

С этими словами Марко шагнул ближе, вскидывая пистолет. Прицелился прямо промеж глаз замершего от ужаса Кристиана.

— Ну уж нет! — взвизгнул Кристиан. — Даже не думай, Альвизе! Еще хоть шаг — и я перережу глотку твоей зазнобе. Только дернись, и она захлебнется собственной кровью у тебя на глазах!

Я зажмурилась, пытаясь сдержать подступающие рыдания. Страх, боль, беспомощность — все слилось в один леденящий ужас, разъедающий нутро.

— Чего ты хочешь, Уэстбрук? — глухо спросил Марко.

Кристиан снова расхохотался, сотрясаясь всем телом. Нож сильнее впился мне в горло.

— А ты будто не знаешь?

Он сделал эффектную паузу и продолжил:

— Видишь ли, дружочек, в недрах палаццо Контарини испокон веков хранятся несметные сокровища. Древние реликвии, оружие невероятной мощи, магические артефакты. Целое состояние, да что там — власть над миром! И ключ к этим богатствам теперь у меня в руках.

С этими словами Кристиан с силой стиснул меня, обдав затылок жарким дыханием. Провел языком по моей щеке, будто дикий зверь. Я сдавленно вскрикнула, извиваясь в его хватке. Тщетно!

— Элизабет унаследовала тайну Контарини от своей тетки! — самодовольно провозгласил Уэстбрук. — И теперь, став ее мужем, я завладею несметными богатствами ее рода. Подчиню себе венецианскую знать, а там и вся Италия падет к моим ногам! Никто не посмеет перечить лорду Кристиану — новоявленному дожу и хранителю древних реликвий!

Его безумный смех эхом разнесся под сводами часовни.

На миг в церкви воцарилась звенящая тишина. А потом Марко прищурился и процедил, чеканя слова:

— Что ж, синьор. Вынужден вас огорчить. Все ваши замыслы — не более чем прах и пустые мечты. Никаким мужем Элизабет вы не станете. И сокровищ ее рода вам не видать, как своих ушей! Синьорина Эштон передала все права на наследство мне. Вчера до похищения она подписала дарственную на мое имя — от первого до последнего сольдо.

— Значит, эта сучка не соврала. Все-таки умудрилась передать тебе наследство, скользкая дрянь!

Он с силой встряхнул меня, заставив вскрикнуть от боли. Острие кинжала чиркнуло по коже, пустив свежую струйку крови.

— Браво, Альвизе, браво! Ловко сработано, ничего не скажешь.