В обратную сторону

Я догадываюсь, что вам неприятно все это слушать, но попробуйте взглянуть на ситуацию моими глазами и поймете, что я действовала из лучших побуждений.

— О чем сейчас сожалеете, — припоминаю ее недавнее заявление.

— Именно так, — признает Абрамова, в очередной раз меня озадачив.

— Я был там, Натали, и видел вас обеих, — сухо замечаю я. — Ни вы, ни Эля не выглядели подавленными и убитыми горем. К тому же в это уравнение никак не вписывается Белов, изображающий влюбленного жениха. Или это тоже был ваш максимально простой расчет?

— Андрей ничего не изображал, — не моргнув глазом, отвечает Абрамова.

 — Он действительно любил Элю тогда и любит сейчас.

— Зачем в таком случае ваши запоздалые признания? — не скрывая раздражения, спрашиваю я.

— Для меня не секрет, что вы снова стали любовниками, — выдает Абрамова. После всего вышесказанного, для меня это тоже уже не откровение.

— Материнская проницательность? — ухмыляюсь я.

— Жизненный опыт и наблюдательность, — невозмутимо улыбается Натали.

— Теперь вы хотите, чтобы я отошел в сторону? Я вас правильно понял? — задаю конкретный вопрос, требующий такого же четкого ответа.

— Я хочу, чтобы моя дочь была счастлива, — в глазах женщины появляется влажный блеск, но я не уверен, что демонстрируемые эмоции искренние. Натали Абрамова — отъявленный манипулятор в юбке, идущий напролом к своей цели. — Сейчас я вижу, что она страдает и мечется, и мое сердце обливается кровью от понимания собственной вины в сложившейся ситуации.

— Какой выход? — нейтральным тоном интересуюсь я.

— Это вы должны решить, Дима, — произносит она очередную двусмысленную фразу.

— А если я решу, что Эле нужно развестись? — сужаю возможность увиливания от прямого ответа.

— Я вас поддержу, — на полном серьезе заявляет Абрамова и тянется за своим бокалом. За время беседы ни она, ни я так и не притронулись к еде.

— Почему? — в моем вопросе нет ни капли удивления.

Ситуация становится максимально прозрачной.

Теперь я абсолютно уверен, что Наталии Абрамовой известно о грядущих изменениях в холдинге, и она пытается прикрыть тылы, заняв сторону более сильного игрока. Все разговоры о материнском чутье и счастье для дочери — пустой блеф расчетливой и хитрой стервы. Десять лет назад из точно таких же соображений Натали подсунула дочь под отпрыска делового партнера мужа, а сегодня, когда он оказался на грани краха, ее симпатии резко сместились в мою сторону.