В обратную сторону

Первая любовь редко заканчивается счастливым браком, и поверь, я не копил в себе злость целое десятилетие, чтобы потом в один прекрасный момент явиться, как ангел возмездия, и разрушить твою жизнь.

— Но ты сохранил купон… — недоверчиво косится на меня Эля.

— И что? — улыбаюсь с нескрываемой иронией. Мне чуточку льстят ее подозрения на мой счет. Это лишь подтверждает, как сильно ей бы хотелось быть моей навязчивой идеей, моей одержимостью и единственной страстью. — Я был без памяти в тебя влюблен, и несмотря на то, как некрасиво мы расстались, ты осталась самым лучшим воспоминанием.

Эля отводит в сторону взгляд, по привычке прячась в свою раковину, но по частоте ее дыхания я вижу, как она взволнована моими признаниями. Я тоже максимально обнажен сейчас. Мне еще никогда не доводилось говорить так откровенно, как в данный момент.

— Я думал о тебе, Эля. Часто думал. Признаюсь, что периодически заглядывал в твои соцсети, чтобы просто увидеть твое лицо и убедиться, что ты счастлива.

И я не покривлю душой, если скажу, что ни одна другая женщина и близко не вызвала во мне тех чувств, что я испытывал к тебе. Но, детка, как и у тебя, у меня тоже была своя налаженная стабильная жизнь, и я не собирался ничего в ней менять.

— Тогда я тем более ничего не понимаю, — она поднимает на меня обескураженный задумчивый взгляд. — Ты на кого-то работаешь? Кто тебя послал?

— Эля, я сам могу послать кого угодно и куда угодно, — отвечаю со снисходительной улыбкой.

Формулировка ее вопроса меня и правда позабавила. — Нет, милая, я вызвался сам, но не для того, о чем ты изначально подумала. Можешь мне не верить, но я подписался на захват «А-Треста» для того, чтобы защитить твои интересы. Только твои, Эля. Гарантирую, что, если бы Кеннет отправил сюда другого рейдера, ты и твой сын лишились бы всего.

— Кто такой Кеннет? — на лице Элины написаны потрясение и шок.

Я неторопливо встаю с кровати и без тени смущения, абсолютно голый приближаюсь к застывшей Эле.

— Дуг Кеннет — мой близкий родственник, — поймав ее взгляд, вкрадчиво говорю я. — Он мне, как отец, Эля, и прислушается к любой моей просьбе.

— Но откуда у тебя родственник в Австрии, Дим? Да еще с такой фамилией? Что за бред? — она нервно смеется, глядя на меня, как на ненормального.