Последний раз они виделись, когда нашей дочери было три. Столько же, как и Дане сейчас.
— Я не понимаю… Ты говоришь какую-то дичь, — растерянно бормочет Эля. Взяв стул от кофейного столика, я разворачиваю его и сажусь лицом к Элине. — Как твоя жена может быть ограничена в правах, если ты работаешь на ее отца?
— Повторю еще раз: Ирма — бывшая жена, — заправив электронную сигарету, морально готовлюсь к неизбежной исповеди. — Мне не очень приятно вспоминать о той части своей жизни, детка, но иначе видимо никак.
Я попробую уложиться коротко, потому что смаковать там абсолютно нечего. Документально наш брак продлился два года, а на самом деле мы разбежались через полгода после рождения Кэтти. Поводов было много. Основной — неспособность и нежелание Ирмы исполнять родительские обязанности. Мне пришлось подать иск в целях безопасности дочери. В суде Дуг выступил на моей стороне. Я понимаю, что это странно звучит, но поверь, у всего есть свои причины.
Дуг мне как отец, и мы заботимся о Кэтти вместе. Она ни в чем не ущемлена, растет в любви, но, как любой девочке, Котенку нужна мать, но не биологическая, а та, что никогда не причинит ей боли, та, которая будет любить нас обоих. И еще — я давно не работаю на Дуга Кеннета. Мы партнеры, освоение российского сегмента я взял на себя исключительно на добровольной основе, потому что увидел в списке взятых в разработку компаний название холдинга твоего отца. Я не был уверен, что между нами снова вспыхнет, но готов был рискнуть.
Ни одна женщина после тебя не оставила на моем сердце даже зацепки, а ты, ты была, как несбывшаяся мечта, за которой я рванул через с купоном в кармане, — криво усмехнувшись, я наклоняюсь вперед, опираясь локтями в колени и, бросив сигарету, складываю ладони в замок. Эля смотрит на меня потрясёнными распахнутыми глазами, почти не дыша и забывая моргать. — И да, детка, ты все время была права. Я приехал сюда из-за тебя, потому что решил, что это гребаный шанс, который я не имею права снова про*бать.
Прости, но мне было абсолютно по*уй на то, что ты замужем. Белов меня интересовал меньше всего. И с какого хера мне о нем думать? В первую же нашу встречу я понял, что проделал весь этот путь не зря. Ничего не изменилось, и твоя, мягко говоря, истерическая реакция только добавила мне уверенности. Все написано на кольце, которое я тебе подарил.
