В обратную сторону

— Мне тоже, — немного грустно улыбнувшись, отвечаю я. — Я не умею плавать, Кэтти. У нас у всех есть свои раны и страхи, — глаза девочки мгновенно округляются. — Ты такая не одна.

— Да ладно? Я училась плавать в закрытом бассейне. Но… почему?

— Однажды я чуть было не утонула. Упала с яхты отца в Сочи, когда мы праздновали его день рождения. Он тогда, забыв о гостях и празднике, прыгнул за мной. Об этом писали во всех газетах, наши фотографии заполонили прессу. Мой отец часто был строг и холоден, но в таких моментах я ощущала его любовь и поддержку.

— Он мог потерять тебя в свой день рождения, — с придыханием выдает Кэтти, и я в который раз удивляюсь, насколько она не по годам развита и осознанна.

— В итоге все закончилось хорошо, но я до сих пор не могу забыть ту жуткую тесноту в легких, абсолютную тьму перед глазами… и ощущения парализующего страха. Честное слово, я уже представила, как мама рыдает над моим побелевшим телом.

— Я чувствую то же самое, когда пытаюсь сделать шаг за порог дома, — обнимая себя, откровенничает Катарина. Она выглядит открытой и уязвимой, демонстрируя мне свои тонкие запястья. Легкая, манкая, живая… Она могла бы покорить большую сцену, если бы пошла в свой страх.

— У нас много общего, — подмечаю я, подмигнув Катарине. — Ты можешь всегда обо всем мне рассказать. Просто знай это.

— Она так раскаивается. Она даже звонила мне. Извинялась, но я бросила трубку. Она кричала: «Прости»! Может быть, она не так ужасна, как я о ней думаю? — лицо Кэтти искажает гримаса неимоверной боли.

— Она? Кто — она, Кэтти? О ком ты говоришь? — я теряюсь, не в силах совладать с эмоциями.

Мне хочется скорее метнуться за телефоном и позвонить Диме, да только я его забыла на прикроватной тумбочке. Черт. Ирма звонила Кэтти? Писала ей сообщения? Нужно срочно сообщить об этом Диме.

— О маме. Я думала, что ненавижу ее! И очень боюсь. Это не изменилось, но… — сбивчиво и нервно бормочет Катарина, каждым новым словом усиливая мою панику. — Ночью… я не могла уснуть и плакала из-за маминых сообщений. Мне было так страшно, Эля. Папа сильно задержался в офисе… а утром я не решилась ему сказать. Он был так измучен, с ним тоже случилось что-то нехорошее.