Но не волнуйся на ее счет
– Попытаюсь, – я провел рукой по своим волосам и шумно выдохнул, всматриваясь в
новую, отстроенную беседку, украшенную пышными, виноградными лозами,
перемежающимися пухлым, фиолетовым мускатным виноградом, который закручивался по
шпалере. – Она потрясающая, Солнышко. Мне нравится, что он посадил розовые кусты
вокруг нее.
– Все как мы любим, видишь? – она подошла к ним и указала на тот, что справа от
выхода и пошла по кругу.
– «Джипси Сью» для Зигги, «Эйприл Мун» для меня, «Эрс Сонг»
для Леннона и «Нью Даун» для моей Мечты.
Проходя мимо кустов, я улыбался ей, а затем наклонился, чтобы каждую понюхать.
Это напомнило мне о первой встрече с Солнышком. Когда дама из службы защиты детей
припарковалась на их подъездной дорожке, она стояла на улице, занятая посадкой куста
«Нью Даун» к моему приезду, и когда она обняла меня, она пахла сладостью и землей, так
же, как и сейчас.
А меня никогда не обнимали до того момента, и я даже понятия не имел, что
упускал. Как были важны и необходимы прикосновения другого человека. Я почувствовал
это в первый же день с Зигги и Солнышком, и только один человек, который так же влиял на
меня, в данный момент садил тыкву на заднем дворе моих родителей.
– Я люблю тебя, мам.
Голова Солнышка дернулась вверх, и когда она выпрямилась, ее глаза слегка
заблестели.
– Я тоже люблю тебя, малыш.
Затем я обнял ее за плечи, а она меня за талию, и я оставался так, заполняясь
спокойствием женщины, которая вырастила меня – единственная женщина, которая имела
для меня значение.
Когда громкий возглас послышался позади дома, Солнышко подняла на меня глаза.
– Нам лучше вернуться. Похоже, Леннон обнаружил твоего мальчика.
Глава 16.
__________________
Признания у костра.
– Ладненько, Геркулес, ты следующий. Две лжи и одна правда.
Посмотрим, насколько
ты на самом деле хороший актер.
Я ухмыльнулся Зигги с другой стороны костра и растер ладони об свои шорты.
– Никакого давления или чего–то подобного.
– Нет, вовсе нет. Мы только заставим тебя выпить залпом этот стакан.
Подняв пластиковый стаканчик, наполненный до краев тем, что они называли особым,
домашним мускатным вином Зигги, я глубоко вдохнул запах сладкой жидкости.
– Кажется, не слишком крепким.
