В плену у сказки (СИ)

В коридор шумно бегали слуги, что-то кричали, видимо, произошло что-то значимое, но меня оно совершенно не касалось. Все, что сейчас имело значение, это огонь свечи и тающий воск.

За окном лил дождь и барабанил по стеклу. Я перевела взгляд на улицу, и сначала мне показалось, что на подоконнике с внешней стороны сидит большой ворон, но, приглядевшись, я различила длинный хвост и два знакомых зеленых глаза.

Я впустила мокрого Люцифера внутрь. Тот спрыгнул и, оставляя лужи, начал отряхиваться.

А еще мое состояние напоминало разлитый бензин, который мог загореться от любого неосторожного слова — как от спички.

— Что с тобой? — спросил Люцифер.

Я облокотилась на стол и буркнула:

— Все со мной нормально.

— Ты не выходишь из комнаты, меня не впускаешь, ни с кем не общаешься. — Кот начал агрессивно хлестать хвостом из стороны в сторону.

И почему я вообще должна была перед ним оправдываться?

— А зачем мне общаться со сказочными героями? Не хочу зря время терять на разговоры с картонками.

— Мр-р, знаешь, сейчас ты выглядишь более картонной и вымышленной, чем любой человек из этого мира.

Я до его появления сама думала о том, что превращаюсь в какого-то неудачного персонажа, который должен остаться только в черновике. Поэтому его слова сильно задели.

— Люцифер, брысь, — рявкнула я, — уходи прочь, ты просто иллюзия.

Во мне говорили боль, отчаяние и усталость. Люцифер поднял голову и внимательно на меня посмотрел:

— Как бы тебе не перепутать настоящее с выдуманным. Это ты боишься выбраться из собственных иллюзий, в которые прячешься, как в защитный панцирь.

— Зачем ты пришел? Чтобы сказать мне это?!

— Нет, я пришел, чтобы сообщить о кораблекрушении. Корабль принца попал в шторм и пропал без вести.

Словно сюжет решил ударить в спину.

Корабль Эрика сгинул в море, а вместе с ним и все мои надежды.

Разговоры на прощание

Элла, свесив ноги над водой, сидела на пирсе, откуда уплыл корабль Эрика. Я заметила ее фигуру еще издалека, когда прогуливалась по побережью, поглощенная безрадостными мыслями.

Кораблекрушение меня отрезвило — собственные переживания о несчастной любви разом померкли. Появление куда более реальных проблем привело в чувства.