В плену у сказки (СИ)

Близость его тела, голос, взгляд… Он расплавлял изнутри, и несложно было догадаться, что меня наказывали, пытали откровенностью.

— Да, но ничего не получилось, — осмелев, я положила ладонь на его щеку, и он не отстранился. — Я боялась, что ты меня не отпустишь домой, но, наверное, это я бы не смогла уйти. Обманув тебя, я просто избежала этого мучительного выбора, уйти или остаться.

— Я бы тебя отпустил, — Румпель с несвойственной для него нежностью поцеловал мою ладонь. — Мне нужна твоя любовь, а не ненависть пленницы.

Быть может, именно в этот момент я полюбила его всем своим сердцем.

— Что ж, давай спасем твоего кота. — добавил он. И столько уверенности было в этом колдуне, в каждом его слове, что даже малейшему сомнению не нашлось места.

— А потом заживем долго и счастливо? — я засмеялась.

Но Румпель оборвал мой смех жадным поцелуем.

Румпельштильцхен перенес нас прямиком в тронный зал, в сердце руин разрушенного сюжета. Сразу на сцену главных действий.

Золушка сидела на троне, как зловещая королева из сказок.

Черное платье, распущенные волосы и красные губы, а на голове — сверкающая тиара. Золушка вертела в руках палочку с видом палача-маньяка, который с упоением точил топор. Я поняла, что она нас ждала.

Эрик покорно стоял возле нее с остекленевшим взглядом. Сзади рядом с мечом в камне я увидела высокий аквариум, наполненный водой. В нем находилась Ариэль, и с ее лица не сходила гримаса неподдельного ужаса. Она мотала головой и стучала по стеклу, беззвучно открывая рот.

Было больно видеть ее такой беспомощной.

— Здравствуй, мой любимый колдун. — Элла кокетливо помахала Румпелю, — тоже пришел на мою свадьбу?

— Конечно, не мог пропустить такое событие, — прищурился он, с презрением оглядывая аквариум.

— Где Люцифер? — спросила я. — Что ты с ним сделала?

Элла перевела взгляд на меня и наигранно вздохнула, но потом сообщила с любезной, полубезумной улыбкой:

— Он не хотел говорить настоящее имя Румпельштильцхена, поэтому пришлось превратить его в чучело.

Хотя, честно, сначала хотела скормить его своим волкам, но те и так прекрасно полакомились Дризеллой и мачехой, которые, увы, не успели упрыгать.

У меня потемнело в глазах, а в ушах зазвенело. Многие сказки бывали до невозможного жестокими, но я не думала, что попаду в одну из таких.

«Долго и счастливо» уже точно не произойдет.

Румпельштильцхен ничего не сказал, но его глаза полыхнули ядовитым, яростным огнем.