В плену у сказки (СИ)

Ну а убить тебя руками твоего же любовника будет сплошным удовольствием. Правда, хорошо я придумала? — она взглянула на Румпеля.

Он же быстрым движением подобрал один из разбросанных осколков и вложил в мою руку. Я растерялась.

— Убей меня, — приказал он, решительно направляя мою ладонь к своей груди. — Сейчас.

Я отшатнулась и отшвырнула лезвие, как ядовитую змею. Этим предложением он будто ударил меня наотмашь, при чем выглядел так, словно ему было больше нечего терять. Глаза Румпельштильцхена блестели ужасом, и боялся он не за себя.

Элла захлопала в ладоши и расхохоталась:

— Как романтично и трогательно!

— Меня уже не спасти, — продолжал уговаривать Румпель, подходя ко мне. Я же пятилась назад. — Пожалуйста, не заставляй меня становиться твоей погибелью, я не вынесу этого.

Оборвать жизнь Румпельштильцхена способен лишь тот, кого он искренне любит. Но вряд ли колдун мог когда-либо представить, что сам будет молить о смерти.

— Я н-не могу, нет, я не могу…

Элла цокнула языком:

— Ну хватит, это уже надоело.

Румпель, который до этого тянул ко мне руку, вдруг выпрямился. Все эмоции схлынули с его лица, как уходящая волна, взгляд помертвел, губы сжались. В одно мгновение он превратился в бесчувственный инструмент, готовый исполнять волю кукловода.

— Элла, прошу тебя, я сделаю все что угодно, — мой голос жалостливо дрожал, и за это я его ненавидела. — Я умоляю.

— Сестренка, раньше надо было плакать, теперь уже поздно.

Не знаю, боролся ли Румпель с влиянием настоящего имени, возможно, в глубине души он и сражался, но я смотрела в его глаза и не видела прежних звезд.

Румпельштильцхена больше не существовало.

Оболочка, которая раньше была моим любимым человеком, дернулась и потонула в черном дыме, который медленно обволакивал и поглощал его фигуру.

— Ну какая же история может обойтись без дракона? — спросила Элла и удобнее устроилась на троне. — Да свершится моя месть.

Из дыма показалась темная, иссиня-фиолетовая лапа с когтями, затем выглянула и морда ящера. Еще одно чудовище, которое теперь пришло по мою душу, и которое уже не превратить в прекрасного принца силой любви.

Я поняла, что сегодня погибну. И, наверное, нужно было просто смириться и позволить ящеру проглотить меня и быстро оборвать мучения, но трусливая человеческая природа заставила побежать от острых зубов и горячего, голодного дыхания.