— Не-не-не, Галь, о чем вы? Сидите… Конечно, сидите.
Оставаться наедине с Петей Куликова была не готова, да и вообще оставаться сейчас в этой квартире категорически не хотелось. Как-то это все странно и неправильно, но Таня казалась очень спокойной, хотя внутри клокотала такая острая боль, что скрывать ее стоило титанических усилий.
Ирония судьбы… Жена вернулась с работы пораньше, — все как в анекдоте. Только в жизни это отнюдь не кажется смешным.
Куликова положила руку Пете на голову, показывая, что этот мужчина все же принадлежит ей.
Она хозяйка — и мужа, и квартиры, и ситуации в целом. Поведение Тани не вызывало жалость к ней, наоборот, она поступала настолько мудро и разумно, что несмотря на все обстоятельства, обернувшиеся против нее, выглядела победительницей. Она стойко и непоколебимо держала удар. Как бы нелепо это ни звучало, но ее выдержке можно было лишь позавидовать.
— Я вот вас попрошу только об одном. — Галя, не в силах справиться со своими эмоциями, снова опустила глаза.
— Больше никогда передо мной не открывайте двери операционной, это не входит в ваши обязанности, — серьезно сказала Татьяна и, слегка потрепав мужа по волосам, направилась к выходу.
Она ощущала подступающие слезы и не хотела выставлять свои чувства напоказ. Хотя внешне Тане и удавалось казаться холодной и отстраненной, но нервы-то не железные. Ведь она живой человек, и терпение у нее не безграничное. Находиться в собственной квартире было до ужаса неприятно, невыносимо тяжело, да и говорить, в общем-то, было не о чем — Куликова уже все сказала.
А слушать глупые, неуместные оправдания совсем не возникало желания.
— Тань, — окликнул ее Петя.
Татьяна все же остановилась в дверном проеме, но так и не удостоила мужа своим взглядом.
— Да, Галь, будете уходить, халат заберите — дарю, — невозмутимо произнесла она и буквально через несколько секунд уже покинула квартиру.
Московская область. БО «Васильки»
Уверенным шагом Громов вошел в бар и огляделся. Андрей Гринев и Василий Веренько сидели за барной стойкой и что-то обсуждали.
— А вот и Громов! — воскликнул Гринев, увидев Тимура, и махнул ему, приглашая присоединиться.
Тим пожал руки мужчинам и опустился на стул рядом с Андреем."
"— Виски, — сухо сказал он бармену, и уже через несколько секунд перед ним появился бокал с янтарной жидкостью. Громов залпом выпил его содержимое и тут же попросил повторить.
— Да я тебе точно говорю! — доказывал что-то другу Василий.
