Будто кто-то накинул на них кружевные шали чудесной белизны. Красота! Закричать бы сейчас, загоготать, ударить по плечу хмурого Мотылькова, затеять с ним веселую возню на снежной тропинке.
Но, подумав об этом, Серега тотчас же застыдился своих мыслей. Ну и мысли у человека, который несет ответственную службу на государственной границе! Что бы сказал начальник заставы Гусев, если бы узнал, какой легкомысленный, несерьезный парень этот Красихин?
Но хорошее, теплое чувство, которое он испытывал сегодня с утра, не покидало его.
Он стал думать о письме, которое лежало в кармане его ватных штанов и которое он не успел прочитать. Потом о доме, о колхозе. Как-то там теперь? Избы, наверное, занесло снегом, и к розовому небу поднимаются дымки из труб.
В доме тепло, уютно. Братишки, наверное, на улице катаются с ледяной горки. Дед, подсев к запотелому окну и надев очки, читает вчерашнюю газету. Или пристроился к радиоприемнику и слушает музыку.
Мать, разрумянившись от жара печи, печет блины.
Никто в деревне не печет их лучше, чем мать Сергея. Это знают все.
— Слышь!..
Сергей поглядел на Мотылькова. Тот осторожно манил его к себе согнутым в крючок пальцем. Сергей приблизился.
Егор молча показывал рукой на лесную чащу. Серега посмотрел туда. Стал слушать. Ему, как и Мотылькову, почудилось, что кто-то ступает по лесу. Шаги были легкие, чуть слышные — будто кто крался. Так обычно — Сергей уже знал — идет по пограничной полосе чужой.
А может быть, это зверь — лось или медведь — нарушил лесную тишину? Нет, не похоже, что зверь.
Идет человек. Неужели случилось ЧП? Сергею с непривычки сделалось тревожно и немного жутковато. Но он не подал и вида.
Снова пошел снег. И опять все замелькало, заплясало вокруг. Мотыльков прислушался. Напряг слух и Сергей.
Но теперь пограничники ничего не слышали, кроме однообразного шелеста и шуршания непрерывно падающего снега.
Дальше они пошли почти рядом друг с другом, стараясь не производить никакого шума.
Мотыльков снял карабин и держал его наготове. То же сделал и Сергей с винтовкой. Он шел и смотрел влево, а Мотыльков — вправо и вперед.
Снег падал. И вдруг сквозь частую белую рябь прямо на пограничников вышел человек. Он был без шапки, высокий, с черными волосами.
— Стой! — негромко, но твердо приказал ему Мотыльков. И еще раз повторил: — Стой!"
"И тотчас же в лесу грохнули выстрелы, сыпанув снег с ближайших веток. Что-то ожгло Сергею лицо.
