А личная жизнь подождёт. Она и ждала: от случая к случаю. Но сегодня желание обладать выбранной женщиной ощущалось как никогда ярко и сильно. Словно древний инстинкт вырвался из глубин подсознания.
Но несмотря на то что от «Лекс» сносило голову в буквальном смысле, Крайану хотелось немного растянуть удовольствие, потомить в ожидании. Придерживая её левой рукой за живот, он продолжал вытаскивать ленты, заставляя платье постепенно сползать вниз, оголяя восхитительные белоснежные плечи, по которым он тут же прошёлся горячими поцелуями, затем верхнюю часть спины… Со шнуром, стягивающим половинки корсета, поступил ещё проще: развязал узел, а затем, наматывая на кулак, резко дёрнул.
От ставшей внезапно ненужной части нижнего белья, равно как и от короткой сорочки «Лекс» избавилась сама, отправив в свободный полёт примерно туда же, куда ранее была брошена куртка «Райана». Скользнув обеими руками себе за спину, она принялась вытаскивать рубашку из-за широкого ремня, а потом вцепилась в пряжку… Больше сдерживаться Крайан уже не мог.
Равно как и «Лекс». Остатки одежды полетели в разные стороны.
Обнажившиеся тела закружили друг вокруг друга, то сплетаясь в танце неистовой страсти, то меняя положение относительно партнёра, но только для того, чтобы продолжить это безумие. Бархатная кожа Лекс чувствительно отзывалась на каждое прикосновение его сильных, но в то же время чутких пальцев. На её гибком, стройном теле он умело играл, как на музыкальном инструменте, извлекая то восторженные всхлипы нарастающего возбуждения, то глубокие стоны в предпиковый момент, то гортанные звуки полной разрядки.
По тому, как он поступил с шейным платком, «Лекс» поняла, что перед ней дракон, а потому перестала осторожничать и чуть заострила на правой руке ноготки до состояния коготков и с удовольствием царапала то загорелую грудь партнёра, то его спину — в зависимости от того, с какой стороны открывался доступ к телу, тут же зализывая припухшие борозды.
А уж что она творила, оседлав его бёдра! Крайану казалось, что в порыве она распустит его торс на мелкие ленточки, но ему было настолько хорошо, что позволил бы ей даже сплести из них канаты для качелей, чтобы кататься в саду.
Потом уже, обессиленно лёжа на смятых простынях и раскиданных по всему ложу подушках, максимум, что могли — это лениво утаскивать остатки фруктов с подноса, который Крайан притащил в кровать, и скармливать друг другу кусочки.
