В путь за любовью

Клэй спешился и привязал лошадь к фургону сзади, влез на козлы и взял поводья.

– У вас проблемы с мулами?

– Вы про этих четвероногих или про себя и брата?

Он бросил на нее гневный взгляд:

– Леди, вы забываетесь.

– Вы правы, Гарт такого не заслуживает. Мои извинения.

Клэй взмахнул поводьями и стал осторожно продвигаться по запруженной фургонами площади. Повозки были доверху забиты припасами. Людям явно не терпелось поскорее тронуться в путь. Многие имели упряжку огромных, неповоротливых волов и лошадь или корову, привязанную к фургону сзади.

К каждой повозке сбоку крепилась белая дощечка с номером в поезде. Клэй и Ребекка ехали пятнадцатыми.

Толпа притихла: преподобный Киркланд произнес молитву о Божьем вспомоществовании и благословил всех в путь к новой жизни, помянув при этом израильтян, которые, ведомые Моисеем, шли к земле обетованной.

Ястреб вскочил на черного мерина.

– В добрый путь, ребята! – крикнул он и, взмахнув шляпой, помчался вперед.

Восторженный гвалт поднялся над толпой, когда тронулись первые две повозки с провизией для команды Скотта.

Большинством других фургонов управляли неопытные горожане, которые никогда в жизни не имели дела с упряжкой волов или мулов, а потому вскоре на площади воцарилась известная неразбериха: у кого-то заартачились животные, кто-то задел фургоном дерево или другое препятствие.

Клэй наблюдал за всем этим, качая головой.

– Вы уверены, что сможете управлять своими мулами? – обратился он к Ребекке.

– А вы уже имели с ними дело?

Черта с два ему удастся подловить ее на лжи!

– Нет, но я довольно долго правила упряжкой лошадей.

– Мулы – совсем другое дело.

– Я всегда находила подход к животным! – бодро заявила Ребекка.

Она задрожала от волнения – вызвали номер четырнадцать. К фургону была привязана конная повозка, с которой махали две женщины, юная девчушка и мальчик.

Ребекка помахала им в ответ. Джим Петерсон объявил номер пятнадцать.

Клэй наклонился к ней.

– Ну что, в путь? – прошептал он и поцеловал ее в губы, прежде чем пристроить фургон к концу движущегося поезда.

Ребекка отвернулась и бросила прощальный взгляд на город. Позади осталась знакомая жизнь. А впереди лежало будущее.

Ребекка покосилась на незнакомца, сидящего рядом. Поцелуй застал ее врасплох, но был не лишен сладости. Губы горели.