В сентябре вода холодная

Спасибо, что подселили, и спасибо, что вспомнили. – Стерхова посмотрела на часы: – Когда будет следующая остановка?

– Через три часа в Крекшино.

– Ждать три часа?! – с отчаянием воскликнула она.

Но Самойлова проявила сочувствие к ее служебному рвению и предоставила отдельное купе. Следующие три часа Анна сидела на диване и, облокотившись на стол, глядела в окно. От мысли, что до самого Крекшина, а потом обратно до Энска не нужно никуда торопиться, делалось хорошо.

Наконец стало ясно, что Горская знала о приезде Анны и позаботилась о знакомстве с ней.

По возвращении в Энск Анна поехала на работу, где с утра у нее осталось несколько незаконченных дел. На своем столе она обнаружила выписку из регистрационного реестра ГИБДД – список автомобилей «Гранд Чероки» белого цвета.

Поверх нее лежала записка:

Стерхова взяла карандаш и прошлась по списку. Заточенный грифель замер на пятой записи – владельцем автомобиля значился Хаустов Николай Порфирьевич.

– Вот как… – проронила Анна.

В совпадения она не верила с начала службы в следственном управлении. Таким образом, ход ее мыслей откорректировал рабочую версию: парнем в белом джипе был Хаустов, а не Басов. Его обнимала Геля, с ним хоронила дочь и жену Савельева и с ним встретилась на дороге, потому что вышла из леса раньше, далеко от оставленной машины.

«Значит, Артем Басов управлял автомобилем „Ниссан Патрол“ цвета хамелеон», – сделала вывод Анна.

Но вдруг в тишине безлюдного здания она расслышала шаги, которые медленно приближались к ее двери. Стерхова подняла глаза и не отводила их от двери, пока та не открылась и не появился Хаустов-старший.

– Здравствуйте, Анна Сергеевна. Вы позволите?

Хаустов сел и с любезной улыбкой продолжил:

– Мы не знакомы, но я уверен, что вы знаете, кто я такой.

– Мне сказали, – коротко обронила Анна.

– Вот и хорошо, вот и славно.

– Цель вашего прихода?

– Да вы и сами, наверное, догадываетесь…

– Или говорите, зачем пришли, или уходите и не мешайте работать.

Стерхова усмехнулась:

– Скорее от соглядатаев.

– Меня предупреждали, что вы жесткая женщина. Я впечатлен. – Николай Порфирьевич огляделся: – Надеюсь, у вас здесь курят?

Николай Порфирьевич достал сигару, проехал по ней носом и с сожалением сунул обратно, во внутренний карман пиджака.