В сентябре вода холодная

Выстрелил в себя, когда рассматривал пистолет отца.

– Было бы интересно знать, кто у него папаша… – пробормотала Анна.

– Судя по тому, что сынка доставили в госпиталь, а не в районную больницу, отец военный или служил в полиции.

– Пишите… Переулок Калашникова, дом пятнадцать, квартира пять.

– Что-нибудь примечательное?

– Рана – старая, загноившаяся. Еще немного, и началась бы гангрена.

– О как… Дата госпитализации?

– Двадцать шестого сентября две тысячи первого года. – Отрощенко поднял глаза. – Спустя три дня после гибели Виктора.

Стерхова смотрела на него, ее взгляд был жестким и одновременно тревожным.

– Давность раны можете определить по описанию?

– Да тут и определять не надо, написано синим по белому: от трех до пяти дней.

– Спасибо. – Стерхова закрыла блокнот и положила его в сумочку. – Проводите меня к выходу, иначе я заблужусь.

Вернувшись в полицейский «бабон», она позвонила Рябцеву:

– Иван Николаевич, здравствуйте! Фамилия Большаков вам о чем-нибудь говорит?

– Да. Скорее всего, был военным или служил в полиции.

– В мою бытность некто Большаков занимал должность начальника Урутинской милиции. – Он подчеркнуто повторил: – Милиции.

– Сергей Николаевич? Обычный служака. Кажется, уже умер.

– Говорили, что он был оболтусом. Его самого не знал, но припоминаю кличку – Лопата.

– Лопата? – Анна качнула головой. – В рамках дела вызывает неприятные ассоциации.

– Неужели он причастен к смерти Савельевых?

– Был ранен пулей, выпущенной из пистолета Савельева в тех же числах.

– Это – тема. Едете к нему? Помощь нужна?

Она спрятала телефон и приказала водителю:

– Переулок Калашникова, пятнадцать.

Водитель завел машину, но трогаться не спешил.

Он обернулся и произнес:

– Я знаю Лопату. Он больше не живет на Калашникова, продал квартиру.

– Теперь возит начальницу и живет над гаражом в ее доме.

– Фамилию начальницы знаете? Или хотя бы место работы, – спросила Стерхова.

– Горская, директор радиозавода, – сказал водитель.

Анна замерла и вдруг ощутила, что от волнения на лбу выступил пот.

– Едем в дачный поселок, по гравийке за деревянным мостом. Знаете где?

Намеренно не предупредив Горскую о визите, Стерхова приехала в поселок в одиннадцать. В окнах горел свет, и было ясно, что хозяева дома.

Анна позвонила у входа. Калитку открыл небритый охранник, похожий больше на моджахеда.

Стерхова предъявила корочки:

Охранник не спеша достал телефон и стал звонить.

– Ангелина Константиновна, к вам из полиции.